Я старался задавать свои вопросы побыстрее — Шапиро ерзала на месте, словно собиралась вот-вот вскочить и броситься наутек.

Доктор пожала плечами, явно тяготясь нашей беседой. Любопытно, разговаривая с пациентами, она тоже куда-нибудь торопилась?

— Не знаю. Трудно сказать, что могло случиться после того, как Мэри исчезла из больницы. — Она покачала головой. — Хотя как раз Лос-Анджелес меня не удивляет.

— Почему?

— Несколько лет назад ее историей заинтересовался Голливуд. В больницу приезжали разные люди. Мэри разрешили с ними общаться, но, будучи пациенткой психбольницы, она не могла передавать им какие-нибудь права или заключать контракты. Они потеряли к ней интерес и перестали ездить. Кажется, за последние два года это были ее единственные посетители.

— А кто приезжал? — Я раскрыл свой блокнот. — У вас остались записи визитов? Какая-нибудь информация?

— Я не помню фамилий, — ответила доктор. — И по правде говоря, меня смущает вопрос конфиденциальности. Думаю, вам лучше побеседовать с доктором Блэйсдейлом. Он решает такие вопросы.

Чего она боится больше — испортить репутацию своей клиентки или опоздать на какое-нибудь светское мероприятие?

Мои часы показывали 5.46. Я сообразил, что делать здесь больше нечего. Поблагодарив доктора Шапиро за оказанную помощь, я бросился обратно в административное здание.

Я чувствовал себя так, словно снова превратился в простого копа, и мне это понравилось. Когда я влетел в вестибюль, часы на стене показывали 5.52. Я подошел к стойке и улыбнулся молодой женщине с розовыми «перышками» в волосах и избытком бижутерии на платье:

— Привет, у меня к вам небольшая просьба. Займет всего пару минут. Но дело очень срочное.

— А ваше дело не может подождать до завтра? — Женщина смерила меня недовольным взглядом.

— Боюсь, что нет. Я только что говорил с доктором Шапиро, и она попросила меня обратиться к вам, пока вы не ушли. Мне необходимо посмотреть журнал посещений одной вашей пациентки. Ее зовут Мэри Константин. Это очень важно. Иначе я не стал бы вас беспокоить.

Сотрудница сняла телефонную трубку.

— Вас послала доктор Шапиро?

— Совершенно верно. Она только что ушла, но обещала, что никаких проблем не возникнет. — Я показал свое удостоверение. — Меня зовут доктор Алекс Кросс, я из ФБР. Мы расследуем убийство.

Женщина раздраженно поджала губы.

— Я уже выключила компьютер, и мне надо забрать дочь. Если хотите, могу дать вам все в бумажном виде.

Не дожидаясь ответа, она вышла в другую комнату и вернулась с толстой пачкой канцелярских книг.

— Можете побыть тут, пока не уйдет Бидси.

Она указала рукой на женщину, сидевшую в стеклянной будке, и молча удалилась.

Страницы журнала посещений были исписаны в две колонки. Я взял последнюю книгу и стал искать Мэри в графе «Навещаемые пациенты».

За два года ее имя не встречалось ни разу. Неудивительно, что она так одиноко чувствовала себя в больнице.

Затем вдруг появилось сразу несколько фамилий. Вероятно, это было связано с тем интересом, о котором говорила доктор Шапиро. Визиты продолжались примерно полтора месяца.

Я просмотрел фамилии посетителей. Все они были мне незнакомы.

Кроме одной.

Не знаю почему, Вермонт сразу невзлюбил мой мобильный телефон. Я постоянно находился вне зоны доступа. Мне пришлось разыскать платный телефон, и я позвонил агенту Пейджу, попросив его связаться с лос-анджелесской полицией. Через минуту офис Мэддокса Филдинга был на связи, но самого Филдинга в нем не оказалось. Сюрприз.

— Ладно, черт с ним, — вздохнул я. — Соедините меня с детективом Жанной Галеттой.

— А что случилось? — спросил на параллельной линии Пейдж.

В трубке раздался женский голос:

— Детектив Галетта слушает.

— Жанна, это Алекс. Здесь также Карл Пейдж из лос-анджелесского отдела ФБР. Я сейчас в Вермонте. У меня важные новости по делу Мэри Смит.

— И у нас тоже — убийство в Ванкувере, — произнесла Жанна. — А что ты делаешь в Вермонте?

— Забудь про Ванкувер. Постарайся найти Филдинга. Или действуй сама, если хочешь. Надо немедленно допросить Майкла Белла. Мужа Марти Лавенстайн-Белл.

— Что?

В голосе Жанны слышалось недоверие. Пейдж тихо выругался, прикрыв ладонью трубку. Я вкратце пересказал им события последних дней и назвал фамилии посетителей больницы.

— Белл знал Мэри Константин. Он навещал ее в Вермонте. И не однажды.

— И что? Думаешь, он ее подставил? Как он вообще узнал, что она в Лос-Анджелесе?