И только хитрый мальчишка, вовремя успевший понять, к чему идет дело, корчился от смеха у выхода из магазина.

– Ну ты че творишь, урод! – донесся до Гиллигилла злой окрик. Повернув голову, он увидел охранников, с ног до головы облитых сладким липким вином и похожих на две сахарные горы. Они надвигались, размахивая дубинками, и их вид вселял надежды на славную потасовку.

Орк сжал кулаки. Громила справа замахнулся и опустил дубинку на то место, где миг назад находилась голова обидчика. Стеклянный ларь брызнул осколками и пестрыми упаковками мороженого. Заголосила кассирша. За спиной охранника черным медведем вырос Гиллигилл. Удар – и хозяин дубинки ухнул в ларь, заместив собой остатки его содержимого. Еще удар – и второй охранник примостился сверху – в качестве крышки.

Столь быстрая развязка озадачила и расстроила орка. Он окинул поле битвы выжидающим взглядом, но других противников не обнаружилось. Гиллигилл почувствовал горькую обиду. Выудив из кучи барахла штаны, футболки и банку пасты и бросив остальное – отчасти из-за того, что поджимало время, отчасти – из опасения, что могут попасться и другие магические предметы с непредсказуемыми свойствами – он вышел из магазина, громко хлопнув дверью. Вслед махал журналом мальчишка, твердо решивший, что когда вырастет, непременно подастся в байкеры.

Гиллигилл ввалился в квартиру злой как тысяча троллей. Из карманов кожаной куртки вытекала белая тягучая жидкость и дорожками бежала вниз по штанам. Губы и подбородок были украшены белыми, синими, зелеными мазками. Кулаки все еще чесались после безобразно короткой драки. В огромных ручищах орк комкал две пары джинсов подросткового кроя и две невообразимо пестрых футболки. Полуоткрытая банка с моющим средством примостилась за пазухой.

– Вот! – рявкнул Гиллигилл, бросая Наташе покупки. – Дрянь этот твой супермаркет. Плешивый Норики, последний прощелыга в нашем городе – и тот держит вполне приличную лавку в сравнении с этим вертепом.

– Ты чем таким вымазался с головы до ног? – спросила девушка, оглядев орка.

– Сунул в карман пару ледяных шариков. Думал, полакомлюсь по дороге, а они растаяли, – Гиллигилл обиженно махнул рукой.

– А подбородок в чем?

– Мятная тянучка в железной трубочке, – орк совершенно расстроился. – Я такие с детства люблю, только от этих в брюхе урчит.

Наташа покачала головой.

– Недотепа сказочный! Шмотки свои сам чисть. В таком виде в машину не пущу. Пасту для Геры принес?

– Угу, – орк отдал девушке пластиковую банку, покрытую подсыхающими серыми потеками.

– Гера, пойдем отмываться, – скомандовала Наташа. – Время поджимает.

Девушка захлопнула дверь, и целых полчаса из ванной доносился плеск воды и жалобные вопли Геремора.

Тем временем Олло переоделся в принесенную орком одежду. Зеленые джинсы «дудочкой», черная футболка с изображением злобной костистой рожи в сочетании с обтрепанными форменными сапогами и лесом рыжих косичек сделали его неотразимым для маленьких детей и собак. Олло с тоской покосился на свои старые вещи, еще раз оглядел себя в зеркале и пробормотал:

– Если я в этом не похож на психа, значит здешний мир безнадежен.

Потом он отправился на кухню – излить душу Гиллигиллу.

Олло застал Гиллигилла за кухонным столом. Орк сидел неподвижно, уставившись на небольшой потемневший от времени сундучок, стоявший на большом листе оберточной бумаги – Наташе пришлось временно оставить его, чтобы заняться Геремором. На полу валялась тряпка, которой орк оттирал одежду.

Когда Олло вошел, Гиллигилл сказал:

– Странная штука, правда?

– Сундук как сундук, – пожав плечами, ответил Олло. – Нам по уставу похожие положены. Ничего необычного.

– Меня не было почти час, – сказал орк, – а Наташа так и не успела его упаковать, хотя очень спешила. Не странно ли? Или она до самого моего прихода занималась чем-то другим?

Олло почесал в затылке, припоминая.

– Нет. Как только ты ушел, она сняла сундук с антресолей, заперлась здесь и что-то над ним мороковала.

– Вот, – удовлетворенно произнес орк. – Что-то тут такое есть. И заметь, сундук пустой.

– Ты заглядывал? – испуганно прошептал Олло. – Наташа не велела его трогать.

– Нечего тут трогать, – отмахнулся Гиллигилл и откинул крышку. – Вот, сам убедись.

Олло, ожидавший чего-то необычного, и даже затаивший дыхание в предвкушении встречи с тайной, разочарованно выдохнул. Внутри ничего не было – если не считать старой пожелтевшей газеты, которой оклеил сундук кто-то из первых владельцев.

– Но что-то ведь должно быть, – сказал эльф, когда Гиллигилл захлопнул крышку.

– То-то и оно, что должно, – согласился орк. – Иначе, почему бы те разбойники за ним гонялись.