– Что значит – хуже? – прямо спросил Игорь. Услышанное не укладывалось у него в голове с точки зрения элементарной логики, считавшей, что все действия человека должны иметь под собой рационально объяснимую и понятную основу – поиск нового, защиту своих… Зачем, например, распылять среди собственных сограждан ядовитый газ? Мальчишка вспомнил, как в прошлом году они бурно обсуждали историю на Сумерле, где один из местных деловых людей, Карев, помог агрессивным туземцам устроить взрыв около школы [10] . Все единодушно решили, что Карев был генетически неполноценным, даже странно, как его прозевали до родов…

– Хуже – это, например, использовать вот эту штуку. – Полковник выложил на стол странное устройство – бредовый гибрид гигантского шприца и кустарно сделанной винтовки. Выглядел он омерзительно. – Это ручной метатель кислоты. На Йэнно Мьюри находятся психи, которые поливают прохожих вот из этого – в «знак протеста» или просто для потехи. Поэтому вы должны быть всегда вооружены.

– И нам позволят везде ходить с плазмой? – с сомнением спросил Яромир.

Полковник усмехнулся.

– С армейскими плазмометами, конечно, не позволят – их ношение там запрещено. Запрещено вообще носить оружие – открыто, разумеется. Так что… надеюсь, что пистолеты у всех у вас с собой? – Мальчишки согласно закивали. На Земле не было нужды носить с собой оружие, но пацан без оружия, да еще и лицеист, это не мальчишка, а недоразумение. Совсем недавно они получили право иметь собственное оружие в постоянном владении и, согласно традиции дворянства, закупили каждый тот образец, какой хотел.

– Хорошо. Не расставайтесь с ними. Нигде. Никогда. Кроме того, я бы посоветовал вам носить виброножи.

Игорь поморщился. Он не любил этого оружия – да и мало кто его любил. На вид вибронож мало чем отличался от обычного, но в его рукоятке скрывался генератор ультразвука, заставлявший лезвие вибрировать с невероятной быстротой. Такой клинок без особого нажима разрезал надвое шестидюймовый сосновый брус, а любого живого противника буквально разваливал. Виброножи не любили отчасти поэтому – эффект их применения был слишком уж… грязен – но в основном потому, что генераторы ультразвука могли отказать или исчерпать заряд, а без них любой, привыкший рассчитывать лишь на проникающую мощь виброножа, становился практически беспомощным. Дворяне изучали вибронож, но лишь по обязанности.

Андрей Данилович обвел взглядом хмурые лица мальчишек.

– Ребята, вам действительно лучше взять виброножи. На Йэнно Мьюри это любимое оружие всякого рода отребья, и если вы считаете, что использовать против них такое же оружие бесчестно, то вы ошибаетесь. Урок должен быть ясен и нагляден. Возьмете пластунскую модель на складе.

Он вновь внимательно оглядел мальчишек. На сей раз возражений не было – серьезностью момента прониклись все.

– Хорошо, теперь пойдем дальше. – Полковник вывалил на стол связку браслетов, как две капли воды похожих на обычные комбрасы последней модели.

– Вы замените свои браслеты вот этими. Вы с ними уже знакомились, и знаете, что в них… м… особая начинка. На Йэнно Мьюри это будет совершенно нелишне. Кроме того, в них установлены датчики жизнедеятельности. Постоянный сигнал с них поступает непосредственно на флагман. Пока браслеты на вас, мы будем видеть, где вы и что с вами. Снимать их не рекомендуется. Так мне сказали на Земле, но вы можете считать это прямым запретом.

– Но… – попытался возразить кто-то.

– Никаких «но»! – отрезал полковник. – Вас могут попытаться убить. Или похитить. А Русская Империя не вступает в переговоры с бандитами. Нигде и никогда. Понятно?

– Но нас-то зачем похищать? – удивился Андрей. – Ну что мы такого знаем?

– Вы знаете уже достаточно много, – отрезал полковник. – И если вы думаете, что вас там, в плену, ждут только пытки, то вы ошибаетесь. У мьюри есть машины для считывания памяти – таких мы не используем даже для работы с пленными, потому что рост некротического поля Вселенной при некоторых… ммм… действиях разумных – не шутка, вы сами это знаете. Попутно они разрушают мозг – после первого же «сеанса» вы умрете или превратитесь в клинических идиотов. Но мьюри получат почти все, что вы знаете, а такого допускать нельзя, – полковник обвел взглядом притихших мальчишек.

– Кроме того, очень многие там не откажутся купить землянина-раба. Да, рабовладение на Йэнно Мьюри запрещено, но лишь для тех, у кого нет на это денег. Или для тех, у кого есть совесть. А совесть и деньги в этом мире сочетаются плохо. Не то чтобы совсем не бывает такого сочетания, но бывает достаточно редко.

Эта новость вызвала возмущенный шум. Смысл его сводился к тому, что пытаться превратить землянина, да еще русского, в раба – занятие безнадежное и крайне вредное для здоровья неуемного оптимиста-рабовладельца. Больше всех шумел Раймар, и сидевший рядом Игорь шепотом уточнил:

– Ты чего разорался? Ты же немец. Может, на вас там и спрос-то нулевой.

– Я за компанию, – пожал плечами фон Вайрау.

– Я не сказал, что вас сделают рабами, – с нажимом повторил между тем полковник. – Но могут попытаться сделать – и, поверьте мне, у мьюри есть крайне мерзкие способы… дрессировки. Конечно, вас будут вытаскивать до последней возможности – до конца, – но лучше не испытывать свою стойкость таким вот образом. Очень легко говорить, что оружие не делает человека свободным, что силы духа достаточно, чтобы не стать рабом, но такие вот болтуны никогда не бывали в застенках, они не знают и тысячной доли способов, которыми человека можно превратить в скота. Так что мой совет прост: не попадайтесь!