«Это же смешно», — подумала она, стараясь окончательно не разрыдаться. И разозлилась на себя, отчего стала убираться немного быстрее, так что вскоре в баре стало первозданно чисто, и она решила отправиться домой. В глубине души Эбби ждала, что Майк все-таки придет проводить ее. Но если бы он собирался это сделать, то уже был бы в баре.

«Но может, все это только к лучшему», — подумала она, возвращая на место швабру и тряпки.

Когда через несколько минут Эбби вышла из бара, ей показалось, что кто-то зовет ее по имени. Обернувшись, она никого не увидела.

— Вот, тебе уже мерещатся голоса, — прошептала она и ускорила шаг. Эбби перевела дух, только оказавшись в своей квартире, надежно запертой.

Комнату освещал лунный свет. Эбби подошла к окну, постояла возле него немного, вглядываясь в темноту ночи. Как же ей хотелось увидеть Майка!

Но она вела себя просто глупо, стараясь увидеть человека, которого не могло быть поблизости. Ведь она сама сделала невозможной встречу с Майком и презирала себя за это.

Эбби отошла от окна и направилась в спальню, с раздражением стаскивая с себя одежду. Раздевшись, она легла на кровать. Эбби так устала, что уже ничего не чувствовала. И хотела только одного — скорее уснуть.

Утром Эбби разбудил телефонный звонок. Она приоткрыла глаза и какую-то долю секунды не могла понять, где находится. Но мало-помалу узнала знакомые окружающие ее вещи — керамическую кошку на столике, театральную маску на стене и высокую вазу на шкафу.

Она вылезла из-под одеяла и медленно побрела в гостиную. Но как раз тогда, когда она была уже у телефона, звонивший повесил трубку.

Черт побери! Как же ей это не понравилось! Она поспешно бросила трубку, вернулась в спальню и опять забралась под теплое одеяло.

Но телефон зазвонил снова. Эбби поспешила в соседнюю комнату.

— Алло?

— Привет, Эбби. — Наконец-то она услышала голос Майка. — Можно мне прийти к тебе?

— Конечно, поднимайся.

А почему бы и нет? Ведь после этого звонка она все равно не сможет заснуть. Эбби с преувеличенной осторожностью положила трубку на рычаг и некоторое время постояла около телефона.

Потом она вернулась в спальню, чтобы одеться. Она старательно зачесала волосы за уши и подобрала подходящую по цвету ленту.

Когда через несколько минут появился Майк, Эбби пила первую чашку дымящегося кофе.

— Выпьешь кофе? — вежливо спросила она, приглашая его к столу.

— С удовольствием. — Он показал на сумку, которую принес. — Я остановился по дороге, чтобы захватить несколько пончиков. Угощайся.

— Я уже позавтракала, — соврала она. — Но с радостью посижу с тобой, пока ты будешь есть, и выпью еще чашку кофе.

Эбби проводила Майка на кухню и налила ему кофе. «Я так скучала по тебе прошлым вечером», — подумала она.

— Вот, пожалуйста, как ты любишь.

— Спасибо.

«Я так скучал по тебе прошлым вечером», — подумал он. Майк внимательно смотрел на Эбби — глаза его остановились на ее губах и скользнули вниз, на ее руки. Они сели за стол, как можно ближе друг к другу. Эбби подперла голову руками, с ожиданием глядя на Майка.

— Я собираюсь на Аляску на одном из моих кораблей, — сказал он, поедая обсыпанный сахарной пудрой аппетитный пончик, — чтобы проверить команду и состояние судна.

Эбби помрачнела. Это путешествие на Аляску возникло подозрительно быстро. Она почувствовала голод, бросила взгляд на пончик Майка. Но при одной мысли о том, чтобы положить в рот что-нибудь сладкое, Эбби чуть не стошнило.

— Ты можешь взять отпуск недели на две? — внезапно спросил он. Она не ответила, и он продолжал: — Это будет нечто вроде репетиции медового месяца. — Майк ослепительно улыбнулся Эбби.

— Я не могу, Майк, мне очень жаль, но я не могу.

— Не говори «нет» так быстро, Эбби, подумай сначала.

— Нет, я не могу, Майк.

— Ты даже не обдумала это, Эбби.

— Мне не надо об этом много думать. Отпуск мне еще не полагается, а позволить себе неоплаченный отдых я не в состоянии.

Она задумчиво смотрела на пар, вьющийся над ее чашкой кофе, удивляясь тому, что он никак не может понять простой вещи — что она не имеет права вот так, просто из одной лишь прихоти, взять и уехать куда ей вздумается. Не может понять, что у нее есть обязанности, что она — мать.

— Если тебя беспокоит только жалованье, то я мог бы выплачивать тебе его за помощь в составлении отчетов.

Эбби покачала головой и сокрушенно вздохнула, отчаявшись, что не может заставить Майка войти в ее положение.