В моей клетушке повисло тягостное молчание. Оно и понятно.

— Ладно. Я сам продолжу — если сферу извлечь из моего тела, то заклинание рассеется и тогда, я нынешний вернусь туда откуда пришел, а старый Корис вновь проснется. Правильно?

— Не все так просто, сын мой — хмуро ответил отец Флатис, внимательно вглядываясь в меня — Не все так просто. Я вижу, что сфера неразрывно связана с твоим телом потоками магии. Все переплетено подобно паутине. Когда ты научишься видеть разлитую вокруг нас магию, то поймешь о чем речь.

— И что?

— А то, что оплетающее тебя заклинание уже изменилось. Нарушена его первоначальная вязь. Даже ректор Магической Академии не сможет угадать, что именно произойдет при его разрушении.

— И что может произойти? — спросил я, поглаживая старый шрам на бедре — где — то там скрывалась шипастая сфера напитанная энергией.

— Все что угодно! — всплеснул руками святой отец — Представь себе катящуюся с крутого холма тяжело нагруженную телегу без лошадей. Впереди виднеется дорога раздваивающаяся на два пути. Расхлябанная телега мчит себе вперед, дребезжа осями и подпрыгивая на ямах. А теперь подумай, что случится если у телеги внезапно отлетит одно колесо. На такой скорости, она может и не заметить потери одного колеса и благополучно доберется до развилки дорог и слепо выберет свой поворот. Может повозка просто замедлит свой бег и остановится, а может и разлетится на мелкие куски или вообще перевернется вверх дном. Или свернет совсем не туда! Сойдет с дороги и помчится по нетореной тропе!

Высказавшись, отец Флатис замолк, а я занялся обдумыванием его путанного объяснения. Получается, что если я уберу сферу, то развитие дальнейших событий невозможно предугадать. Возможно, все останется как есть — в том случае, если заклинание уже необратимо изменило мою сущность и навсегда привязало меня к телу барона. Еще один вариант — мое тело умрет не выдержав распада заклинания. К тому же, священник говорил о развилке дорог, тогда как я считаю, что впереди лежит как минимум сразу три открытых пути — я сам, сущность барона Кориса Ван Исер, и неизвестный Защитник Твердыни и это еще большой вопрос, куда именно свернет рассыпающаяся на части телега, в роли которой выступает мое тело. И последний вариант развития событий — оставшееся на время бесхозным тело может занять кто либо еще — например, давно умерший, но все еще блуждающий призрак, выходец из темного мира… Как говорится: свято место пусто не бывает.

— Я понял, святой отец — лучше и вовсе не трогать эту телегу. Пусть себе мчит дальше.

— Да, сын мой — подтвердил сухонький отец Флатис — Пусть все остается так как есть.

— Пусть — послушно кивнул я.

У моего послушания была веская причина — умирать мне не хотелось. Пусть я и занял чужое тело практически без спроса, но дела это не меняло — уходить в небытие я не желал. Особенно если сопоставить все то, что я знал о характере истинного барона Ван Исер. Стоит ему вернуться и тогда, участь поселения будет более чем незавидной.

— Остается только две неразрешимые загадки — задумчиво произнес священник — Что за заклинание наложил на тебя проклятый некромант и самое главное — кто ты такой?

— На оба вопроса я не знаю ответов — покачал я головой.

— Вы наш господин, барон Корис Ван Исер — буркнул здоровяк — И никак иначе!

Спорить я не стал и лишь повторил:

— Я не знаю, кто я такой.

— Придет время, сын мой и мы все узнаем — заверил меня священник — Думаю, о нашем разговоре лучше помалкивать. Ни к чему лишний раз волновать людей. А я пожалуй пойду — надо бы церквушку проверить.

— Хорошо, святой отец — кивнул я — Да и мне пора заняться делами. Рикар, пошли со мной — посмотрим, как гномы будут на скалу взбираться. Не ровен час, сорвется кто.

Рикар с готовностью согласился и мы направились к выходу из моего угла. Выходя, я бросил взгляд на пульсирующую у кровати сферу и напомнил себе, что пора бы научиться видеть магические потоки и хоть немного заняться своим даром Крепителя — применений для такого таланта множество.

Пока я разглагольствовал перед немногочисленными слушателями, Древин времени зря не терял и уже подготовил все необходимое снаряжение для подъема на вершину Подковы. Койн в свою очередь озаботился отобрать самых ловких гномов — если такое сравнение вообще можно применить к коротногим и массивным коротышкам. Когда мы с Рикаром поднялись на стену, все уже было готово и ждали только меня — чтобы дать отмашку.

Коротко переговорив с лидером гномов и со старшим братом каменщиком, я удостоверился в полной готовности и кивнул ожидающим команды гномам. Сам я примостился на толстом заснеженном бревне и приготовился наблюдать, как гномы будут преодолевать отвесную скалу.

В чем — то отец Флатис все же прав — намного приятней сидеть внизу и прихлебывая горячий отвар наблюдать, как выполняются твои приказы, чем карабкаться самому цепляясь за малейшие уступы и трещины. Хотя, если бы я изъявил желание принять непосредственное участие в подъеме на скалу, то думаю Рикар плюнул бы на клятву крови и попросту прибил бы меня, чтобы наконец успокоить неугомонного господина.

Упомянутый здоровяк кряхтя устроился рядом и с интересом повертев головой по сторонам, сразу же обнаружил непорядок и во всю силу своих легких рявкнул на тройку засмотревшихся на гномов часовых:

— А вы чего глаза вытаращили? За ущельем кто наблюдать будет? А?!

Часовые мгновенно испарились, а удовлетворенный здоровяк внимательно осмотрел троих готовящихся к подъему гномов, оценил на глазок высоту стены и буркнул:

— Ох, переломают они себе все кости!

— Не думаю — покачал я головой — Похоже, гномы знают что делают. Ты не забывай — если мы привыкли ходить по ровной земле, а лучше если под ногами стелится утоптанная дорога, тогда как гномы с рождения прыгают по таким вот каменюгам. Помнишь, как мы пробирались по затопленному коридору? Люди постоянно оскальзывались, проваливались в скрытые водой трещины — как вспомню, так дрожь берет.