Через несколько минут тело Капитана выгнулось дугой, он закричал. Потом еще и еще раз. Крики становились все громче, хотя, казалось, что громче уже кричать невозможно...

Тогда Григорий метнулся к почти высохшим веткам-щупальцам сарды, которые он - подумать только!
– шесть часов назад стряхивал со своей спины. Шесть часов назад он еще был цивилизованным человеком...

Выбрав самую зеленую ветвь, он вернулся к воющему от боли Капитану и осторожно приложил одну из иголок к его запястью. Капитан почти сразу обмяк, крики перешли в тяжелые стоны, потом прекратились и они. Григорий подождал еще несколько минут, пока не убедился, что Капитан и в самом деле уснул. Только тогда он разобрал лохмотья своей изодранной куртки, нашел документы и переложил их в задний карман брюк. Затем легко забросил Капитана себе на плечи, определил направление по компасу и побежал к деревне.

***

В корчме за истекшие сутки ничего не изменилось. Тот же сиреневый полумрак; сизый с жёлтыми разводами дым под потолком. Те же лица. И даже Пост был на месте, настойчиво толкуя о своём, о важном, глухой, равнодушной пустоте перед собой.

– Чего изволите?
– подлетела Настя.

– Лопату можно?
– попросил Григорий.
– Лучше штыковую. На длинном черенке.

– Лопату?
– с недоумением протянула девушка.
– Не знаю. Лопат мы не подаём.

Григорий заметил, как постепенно установилась тишина. Пост тоже умолк.

– Мне нужна лопата, мужики, - сделав шаг к залу, громко сказал Григорий.

– Эй, парень, - крикнул кто-то из-за столов.
– На тебе, похоже, батник Грыця.

– Ты хочешь взять себе?
– насмешливо переспросил Григорий и поспешил вернуться к теме: - Помощи не нужно, справлюсь. Но руками копать - дело последнее. Одолжите лопату. Утром отдам.

– Это за ночь ты машину откопать думаешь?
– спросил кто-то недоверчиво.

– Ставлю свой автобус против твоей лопаты, - твёрдо ответил Григорий.

– Ого!

– Ну и хохмач!

– Так, мужики, вы как хотите, а я за лопатой побежал...

– Да, раз такое дело, я свою тоже принесу...

Были еще комментарии, были насмешки, кто-то даже похлопал по плечу: "молодец, знай наших!". Злобы не было. Не было ни настороженности, ни неприязни.

Что изменилось, Григорий не знал. Только не был он здесь чужим. И чужаком для этих людей не был. Та же самая официантка, что вчера пренебрежительно перед ним посуду на стол метала, поднесла огромную кружку чёрного, дымящегося кофе, какие-то бутерброды.

– Спасибо, - благодарно пробормотал Григорий.

Не присаживаясь, он съел бутерброды, выпил кофе, огляделся: народу в корчме заметно поубавилось.

– Вот, - как-то несмело сказала Настя.
– Лопату вам принесли.

За его спиной, у входа, стояла огромная лопата: полуметровой длины штык, черенок - с руку толщиной и выше его роста.

– Да, - с удовлетворением сказал Григорий.
– Вот эта в самый раз.

Легко подхватив шанцевого монстра, он вышел в ночь.

Но ночи за порогом не было: кто-то разместил яркие фонари по периметру будущих раскопок, здесь расставляли тачки, там вбивали колышки, размечая будущий пандус...

– А ну, расступитесь, мужики, - зычно окликнул суетившуюся публику Григорий.
– "Ща" я вам тут накопаю! "Ща" вы посмотрите, как мы у себя в России копать умеем... только осторожней с тачками, чтоб не дай Боже, под руку кто не попал...

Он подошел к темнеющему прямоугольнику, свободному от травы и покачал головой: отверстия в грунте не было. По всему выходило, что Грыць сперва залез в автобус, чтобы забрать документы, а потом... получалось, что рой медведок - все-таки его рук дело? Как бы там ни было, Капитан сейчас отсыпается у добрых людей, открывших ночью дверь незнакомцу с раненым товарищем на плечах.

А ему, Григорию, копать и копать!

Он примерился и сильным, уверенным движением вогнал лопату в грунт. "Не спешить!
– приказал он себе.
– Только бы лопата до утра не поломалась..."

***

Подъезжая к блокпосту, Григорий сбавил скорость до рекомендуемых сорока и почему-то совсем не удивился, увидев зеленый БТР поперек дороги, группу солдат и милицейскую машину с включённой мигалкой.

Один из милиционеров вышел к дороге и жезлом небрежно ткнул в сторону приближавшегося Григория, потом уверенно показал на обочину.