– Кто там спотыкается?!
– зашипел Брига.
– Через минуту отстрел. Ходу!

– Не успеем, - сказал Ваха.
– Справа, карман. Лучше там переждать.

– Надёжней, - поддержала Сашка.
– До коллектора не добежим. Глянь, уже фиолетовый. Щас рванёт!

Брига, бежавший впереди, без разговоров повернул вправо. Путь преградили старые, высохшие ветви. Хруст дерева, частые удары серпа... они не прошли - вдавились в узкий проход кармана. Позади уже свистело и щёлкало.

Имран хоть и бежал последним - не оглянулся. Вот ещё! Это поначалу отстрелы корневища в диковинку: потолок набухает синим, идёт сиреневым ворсом - бахромой искрящихся змеек, а через секунду опадает стальными струнами; они вонзаются в грунт, утолщаются, пускают веточки, листья... и вот - старательно прорубленная тропа обращается в непроходимую чащу.

Попасть под отстрел - верная смерть. Аппетит молодой поросли удивителен и ужасен. Побеги переваривают всё: глину, песок, камень... человека выпивают досуха, в самом, что ни на есть, летальном смысле.

Прав Старик - не воевать, но сотрудничать. Подземелье нельзя победить, но можно пережить. Хотелось бы... очень хотелось бы пережить подземелье.

Карман оказался просторной пещерой. Брига тут же перешёл на шаг. Сашка упала, Ваха перешагнул через неё и присел дальше от входа.

Имран, как и Брига, сделал ещё десяток шагов туда и обратно, чтоб восстановить дыхание, и только тогда уселся на твёрдый, прессованный сушью и временем грунт.

– Всё сначала?
– с заметной одышкой спросил Ваха.
– Или уже после обеда?

Но Брига не ответил - было слышно, как он ощупывает поверхность скалы.

– Что-то нашёл?
– насторожилась Сашка.

– Водой пахнет, - сказал Имран.
– Может, река?

Ему не ответили, но Имран был уверен, что все глянули в мрачную черноту пещеры. Он легко поднялся и подошёл к Бриге.

– Где?

Брига взял его руку и приложил ладонь к камню. На стене были выцарапаны три креста. В горле стало сухо.

– Это не наши метки, - откашлявшись, проскрипел Имран.
– Мы кресты косо ставим, ромбом, а здесь они прямые, квадратом.

Ему показалось, что сказал тихо, чуть ли не шёпотом, но ребята услышали - через мгновение сгрудились возле удивительной находки.

– Выходит, врёт Старик!
– выразил общее сомнение Ваха.

– Не обязательно, - заупрямился Брига.
– Он может не знать.

– Здесь три креста, - сказал Имран.
– Три!

Это было странно. Крест ставили рядом с коридором, в который входили. Если там был тупик или петля, по возвращении царапали второй крест. Но что значит третий?

– Покойник, - шёпотом предположил Имран.
– Старик рассказывал, что Там на могилах кресты ставят.

Слово "Там" так и прозвучало, - с большой буквы.

– Нужно посмотреть, - спокойно сказал Брига.
– Это может оказаться важным.

– Это может оказаться хренью!
– возразила Сашка.
– Например, пропастью. Или болотом. Или стаей пауков. Старик дал направление...

– Я не хочу больше слышать про Старика!
– закричал Ваха.
– Кто он такой? Мы о нём ничего не знаем!

– Будто мы о себе что-то знаем, - проворчал Брига.

– Старик - местный, - миролюбиво сказала Сашка.
– Давно здесь. Не вижу причин ему не верить.

– Вот тебе причина, - Ваха шлёпнул ладонью по крестам.
– Он нарочно составляет маршруты, чтобы мы не шли по старым меткам.

– Тебя это удивляет?
– спросил Брига, отходя дальше и растворяясь в темноте.
– Разумеется. Зачем ему отправлять нас по старым меткам, если его группа зашла в тупик и погибла?

– Он-то об этом помалкивает, - успокаиваясь, проворчал Ваха.
– Может, они все там лежат?

– Тогда кто царапал кресты?
– резонно заметила Сашка.
– Старик в это время дежурил в лагере. Откуда ему знать, в каком рукаве полегла группа?