— Оставь киборга.

— Нет, киборги нам еще пригодятся. Их надо беречь. Люди стоят дешевле.

— Тогда я возьму четверых и сам задержу их.

— Глупо! Атлантам нужен Командор, — внушал Кеельсее под мерную поступь шагов, — если тебя не станет, дух отряда упадет.

Командор издал странный смешок.

— Хорошо, кого же ты предлагаешь?

— Русия или Инкия.

— Я против. Если они мешают тебе, это не значит, что они должны погибнуть. Я хочу, чтобы они дошли до Чертовых Гор.

— Командор, — послышался сзади шепот Риндия, — давайте я останусь в заслоне.

— Ты? Какой из тебя вояка?

— Я знаю, что из меня получится не слишком бравый солдат, но тем, кто останется вместе со мной, будет легче умирать, думая, что у них есть шанс выбраться. Ведь они будут уверены, что вы не оставите в беде мою важную персону.

— Но ты знаешь, что я не смогу тебя вытащить?

— Знаю, — просто ответил Риндий, и Командор вдруг живо представил, как он пожимает в темноте плечами.

— Ладно, — после паузы решился Командор, — отбери себе четверых людей и оставайся.

Командор обычно был холодно равнодушен к людям, к Риндию он тоже не испытывал особенно теплых чувств, но сейчас неожиданно растрогался. Неловко, испытывая какое-то неудобство, он похлопал Риндия по плечу, затем привлек к себе и крепко обнял.

— Я все-таки надеюсь, что ты уцелеешь и догонишь нас.

Риндий и четыре гвардейца остались позади, остальные продолжили свой путь. Риндию не довелось вернуться. Когда попавшие в засаду альзилы заметались, поражаемые из бластеров, Риндий в упоении боя, забыв о всякой осторожности, привстал с пола, и первый же ответный шальной выстрел пробил ему горло. Гвардейцы тоже не сумели догнать своих. Последний из них, тяжело раненный, судорожно пытался ползти вслед ушедшему отряду и, настигнутый альзилами, истек кровью у тех на руках. Своими жизнями они заплатили за десятиминутную передышку, давшую отряду возможность запутать врага в многочисленных переходах.

Через шесть часов пути Командор, выглядевший бодрее, чем в начале подземного путешествия, приказал располагаться на отдых. Два десантника ушли в охранение, остальные путники сели у стен, тесно прижавшись друг к другу, и попытались заснуть. Было холодно, стены и свод сочились влажной слизью. Вскоре всех сковал нервный, муторный сон. После пробуждения обнаружилось, что двух человек — воспитательницу и гвардейца — утащили отти, мерзкие подземные чудовища. Командор провел перекличку своего поредевшего отряда. Из ста тридцати шести человек уцелели лишь шестьдесят три.

— А ты волновался! — упрекнул он Кеельсее. Щека Командора нервно подергивалась.

Последние пятьдесят километров дались очень трудно. Кончились запасы пищи, иссякла вода, несколько раз приходилось отбиваться от наседавших альзилов, пока Гумий не догадался трансформировать свод и перегородить тоннель толстенной стеной, по крепости превосходящей керамопластик. Альзилы не нашли обходных путей и отстали. Зато не переставали нападать отти. Они утащили двух женщин и десантника. Русий спас от неминуемой смерти молодую девушку. Отти уже повалил ее и занес над головой свои отвратительные щупальца, но Русий успел выстрелить и чудом попал в инфраглаз над пастью — единственное уязвимое место у чудовища. Отти упал и в страшных конвульсиях подох. Атланты впервые смогли рассмотреть это, почти мифическое, существо. Восемь щупалец, три когтистые клешни, стальная шкура, воронкообразная пасть и огненная неукротимая ярость.

Чудовища, видимо, решили жестоко отомстить за гибель своего собрата и атаковали отряд до самой базы. Киборги, шедшие в арьергарде, с механическим хладнокровием отбивали злобные наскоки мерзких чудищ.

Последние часы атланты шли почти в полной темноте. Все фонари, кроме двух, израсходовали свою энергию, и лишь шедший впереди Кеельсее да замыкавший вместе с киборгами Русий освещали дорогу тусклыми лучами. Но и их фонари светили слабее и слабее. Вдруг Кеельсее предупреждающе поднял руку. Путь атлантам преграждала многотонная металлическая дверь. Контрразведчик нажал на неприметный камень, и в тусклом свете жирно блеснул кодификатор электронного замка. Кеельсее заглянул в блокнот, набрал заветную комбинацию цифр. Дверь заскрежетала и, вздрогнув, медленно отползла в сторону. Дошли!

Черный Человек появился, как всегда, внезапно. Гримн невольно сглотнул, когда напротив его стола возникла из ничего огромная черная фигура.

Здравствуйте, хозяин!

Здравствуй! — И без всякой паузы: — Стей — твоя работа?

— Нет, клянусь! Я только изуродовал ему руку. — Черный Человек посмотрел в глаза Гримна, убедился, что тот не обманывает.

— Кто же? Аквариум?

— Скорей всего — да.

— Не ко времени. Наверху паника. Готовятся репрессии, а это весьма некстати… Поздравляю тебя со званием спецмайора.

— Как же так, — пробормотал Гримн, — это же пять нашивок, а я имею право лишь на три?

— Не твоя забота. Спецмайор Гримн, вы назначаетесь заместителем Начальника Корпуса Разведки! — Контрразведчик был ошеломлен.

— Это такая честь! Спасибо, хозяин!

— Не за что. Я не филантроп. Я делаю лишь то, что в моих интересах. Как тебе показался атлант?

— Честно?

— Естественно! Я тебя и держу лишь из-за твоей честности.

— Я одарил его кучей комплиментов, но, по правде говоря, он не стоит и десятой части того, что я ему наговорил. Отсутствие логики, остроты мышления, приличествующей суммы знаний, наконец. Не понимаю, почему вы уделили ему столько внимания.