Шрифт:
Выпросил у Глеба пару пуховиков, бросил на пол, улегся поудобнее, укрылся точно таким же пледом, как у моей любимой, и уснул по-походному.
Ничего страшного.
Лучше так перетерпеть, чем ее реакции при пробуждении всю ночь бояться.
А наутро она меня сама разбудила.
Села рядышком с моим импровизированным ложем на пол и давай меня по голове гладить.
Все-таки жалость к своему мужчине – не только у русских женщин основное движущее любовь чувство.
Посидели, пообнимались, поцеловались пару раз.
Она немного поплакала, я поутешал.
Потом она меня поутешала, когда я начал про то, как был не прав, рассусоливать.
И – пошли зубы чистить.
Жизнь, блин…
Глава 18
Зато первое января удалось.
Мы с Али жарили шашлык, Мажор с Никитосом по очереди рассказывали анекдоты, девчонки варили глинтвейн, все пили водку, веселились и обсуждали скорую поездку в Таиланд.
Компания туда собиралась, как выяснилось, большая и веселая.
Солнца хотелось всем.
Последние мутные московские зимы к этому предрасполагают.
Злата в новой компании быстро освоилась, много смеялась, давая понять, что вчерашний эпизод забыт, но тем не менее почти не отходила от Инги, которая явно взяла мою чешскую принцессу под свое покровительство.
Да и погода в тот день порадовала.
Просто – на удивление.
Ясный морозный день.
Белый пушистый подмосковный снег.
Яркое солнце и отличная компания.
Что еще нужно, чтобы почувствовать себя нормальным, радующимся жизни человеком?
Пожалуй, ничего.
В общем, разъезжались мы по своим московским квартирам в отличном расположении духа.
Я попросил Никитоса высадить нас со Златой на Манежной, у журфака, показал ей свою альма-матер.
Даже в аудитории завел.
Посидели на «сачке», потом пошли вверх, по Никитской, прогулялись по бульварам до Пушкинской, прошли через Малый Палашевский до Патриарших прудов и выбрались на Садовое кольцо, где и поужинали в первом же подвернувшемся на пути симпатичном японском ресторанчике.
Злате в Москве явно нравилось, и мне даже показалось, что она начинает поглядывать на мой город по-хозяйски.
А что?
Ей – здесь жить.
Все к этому, похоже, идет.
И – даже стремительнее, чем мы оба надеялись.
После Таиланда можно будет и официальное предложение делать девушке.
Руки и сердца, ага.
Как в старинных романах.
Друзьям моя принцесса тоже явно понравилась.
Даже Инге.
А понравиться этой стерве, поверьте, – дорогого стоит.
Вон, к примеру, Мажорова жена, похоже, до сих пор Ингу побаивается.
Это и понятно.
Инга – она такая.
Ей нужно быть королевой во всем. А королевы, как известно, – существа довольно коварные.
И – ревнивые даже тогда, когда это никакого смысла не имеет…
…А потом у нас со Златой была фантастическая ночь.
И я впервые в жизни задумался о том, что, наверное, буду не против, если она родит мне ребенка.
Сам себе удивился, если честно.
И ничего не сказал по этому поводу Злате.
А зря.
Ей эта идея могла бы понравиться…
…На следующий день мы со Златой собрали большой чемодан – книги на двух языках, плавки, бермуды и купальники. За нами заехали Али с супругой, и мы все вместе выдвинулись в аэропорт.
Нас ждали солнце, белый тайский песок, зеленые пальмы, острые, промаринованные специфическим местным соусом огромные тигровые креветки, холодное пиво и целых две недели безмятежного отдыха.
А также пребывающие на этом славном острове человек пятнадцать наших добрых знакомых, бомбивших нас эсэмэсками о том, как отлично там отдыхается, какое правильное пиво подают в пабе «Мёрфис» в центре Чавенга и где можно приобрести, несмотря на строгость местных законов, суперскую марихуану и прочие производные этого, что ни говори, доброго растения…
…Домодедово, мне кажется, несмотря на всю свою модерновость – самый бестолковый и безобразно организованный из всех аэропортов столицы.
Он почему-то напоминает мне старую шлюху, пытающуюся выглядеть светской львицей.
Отвратительное зрелище.
Доводилось наблюдать на разного рода «мероприятиях».
Вроде – и наряды подходящие, и ужимки соответствующие усвоены.
А все одно: шлюха – она шлюха и есть.
Ничем не скроешь, как фасад ни подмазывай…
…Пока мы там сидели – благополучно и, надо отдать должное, быстро миновав паспортный контроль, – по-моему, ни один самолет по расписанию не вылетел.