И тут она вдруг повернулась к нему… Роб вздрогнул — в глазах Давины он прочел такую муку, что внутри у него все перевернулось.

Машинально повернув голову в ту же сторону, Яков нахмурился. В глазах короля вспыхнуло беспокойство.

— Ты Роберт Макгрегор, — нахмурившись, произнес он. Видимо, вспомнил разговор с Колином. — Тот самый человек, который спас жизнь моей дочери.

Глядя на свою жену, Роб невольно вспомнил тот памятный день, когда впервые увидел ее… Разве мог он не влюбиться в нее?! День за днем он слышал ее смех, любовался ее чудесной улыбкой, то и дело ловил на себе ее взгляд, в котором ясно читался страх. Тогда она еще не доверяла ему. И все равно была неизменно добра и нежна — это и стало еще одной причиной, почему он полюбил ее. Душа Давины была так же прекрасна, как и ее лицо. Она умела любить и прощать. Она простила Эшеру предательство. И сейчас она тоже готова простить — простить отца, когда-то бросившего ее.

— Я в неоплатном долгу перед тобой, — продолжал король, взяв руку Давины в свои. — Ты сделал для меня больше, чем можешь себе представить, — ты вернул меня к жизни.

«А ты готов отнять ее у меня», — мысленно ответил Роб. Нет, он не сказал этого вслух… просто не мог. Но это была чистая правда. Он не мыслил себе жизни без Давины.

— Макгрегор… — Яков повернулся к отцу Роба, — может, пригласишь меня в дом? Нам с тобой многое нужно обсудить.

Бросив на старшего сына печальный взгляд, Каллум задумчиво потер подбородок, потом неохотно кивнул. Подозвав к себе слуг, он велел, чтобы людей короля устроили со всеми возможными удобствами.

— Капитан Эшер, — король с улыбкой хлопнул капитана по плечу, — юный Макгрегор не преминул рассказать мне о мужестве, проявленном тобой в тот памятный день. Я не забуду этого. Король умеет быть благодарным.

Клокоча от ярости, Роб смотрел, как они направились к замку. И дело было вовсе не в том, что Эшера ожидает незаслуженная награда. Капитан был трусом — и Роб это знал. Понимал это и сам Эшер. Если королю угодно считать его храбрецом — Бога ради! Сейчас Роба душил гнев на предавшего его брата. Колин сделал движение, намереваясь последовать за королем, но Роб преградил ему дорогу.

Братья молча ждали, пока остальные уйдут.

— Брат, я… — Колин бросил на Роба умоляющий взгляд.

— Колин, с этого дня я тебе больше не брат!

Колин отшатнулся, как будто Роб хлестнул его по лицу. В глазах его вспыхнула боль. Было видно, что он не верит собственным ушам.

— Проклятие… как у тебя язык повернулся такое сказать?! Я привел его сюда…

— Что он тебе пообещал взамен? — спокойно осведомился Роб.

Слишком уж спокойно… любой, кто знал его так же хорошо, как младший брат, поспешил бы исчезнуть от греха подальше. Это было похоже на затишье перед бурей.

— Что?! — ошеломленно ахнул Колин.

Нагнув голову, Роб налетел на него, словно разъяренный бык. Одной рукой схватив растерявшегося Колина за горло, он прижал его к стене, а другой вырвал из ножен клей-мор Колина. Все произошло настолько быстро, что тот и опомниться не успел, как его же собственный клинок уткнулся ему в горло.

— Ты рассказал ему о ней, Колин! А теперь я снова спрашиваю — что он пообещал тебе за твое предательство, Иуда?

Колин молча смотрел на старшего брата — и в глазах его читалась та же ярость, что душила Роба.

— Ты осмелился подумать, что я?! Да за одно только это мне следовало убить тебя собственными руками!

В следующее мгновение у него перед глазами оказался кулак Роба, но в лице Колина не дрогнул ни один мускул. Он даже не попытался избежать удара — просто молча стоял и ждал.

— Дай же ты ему сказать! — повиснув на руке старшего брата, пропыхтел Тристан.

Роб, стряхнув Тристана, резко повернулся и ушел — у него не было ни малейшего желания слушать оправдания Колина. Тристан остался.

— Зачем ты привел его сюда?

Это было последнее, что услышал Роб.

— Да как вы не понимаете?! Потому что если бы наш собственный отец… или кто-то из нас… решил, что Майри погибла, а она вдруг осталась жива — неужели он бы не захотел об этом узнать?! Я же видел, как мучилась Давина из-за того, что росла без отца! Кстати, он тоже это видел. — Колин ткнул пальцем в сторону удалявшегося Роба. — Она ведь постоянно говорила об этом, разве нет, Роб? — крикнул он старшему брату. Роб не ответил. — Когда я увидел короля, то поначалу решил ничего ему не говорить…

— Тогда почему сказал? — обернувшись, рявкнул Роб.

— Да потому, что он мучился точно так же, как она! — заорал ему вслед Колин. — Господи помилуй, Роб… она ведь его дочь! И он любит ее!

Роб двинулся было к нему, но злоба его уже улеглась. Какое-то время он молча смотрел в глаза младшему брату.

— Я тоже, Колин, — едва слышно пробормотал он.

Махнув рукой, он молча направился к замку.

— Я догадывался, что он влюблен в нее, — задумчиво прошептал Колин, глядя ему вслед. — Господи, да мы все полюбили ее, но…