— В смысле, локациях?

— Называй, как нравится. Ну, так что, Павел Сухов, ты определился, куда мы пойдем дальше?

— К блокпосту чистильщиков.

— Это военные? Твои товарищи?

— Так точно. Там ты будешь в безопасности.

— А ты?

— А у меня есть и другие дела.

— Хорошо, — Ольга пожала плечами. — Мне всё равно, куда идти, лишь бы не сидеть на месте. У тебя плазменная граната есть?

От такого резкого перехода Сухов снова немного растерялся.

— А тебе зачем?

— Просто увидела недавно, как эта прелестная хреновина взрывается, и почти влюбилась, — Ольга смущенно улыбнулась. — Столько чистого огня, энергии, драйва… А еще это очень красиво, даже мурашки по телу от такой красоты.

— Женщины! — Сухов вздохнул. — Есть у меня граната, но, чтобы побаловать твоих мурашек, взрывать её я не стану.

— Я просто спросила, — Ольга махнула рукой. — Это откат после стресса. Болтливой становлюсь, просто ужас! А иногда вообще — дура дурой… Что ты ухмыляешься? Забудь! Идём. Я умолкаю, честное слово.

— Вот и славно.

Сухов перехватил «Шторм» поудобнее и двинулся вниз с пригорка. Но не к реке, а вдоль городской окраины, не слишком удаляясь от зарослей автонов. Раз в минуту Павел оглядывался на тёмные городские развалины, откуда в любой момент мог вырулить чугунный патруль. Для встречи с биомехами время пока не подошло, но кто знает, какие допуски у программы «петли»?

Ольга, казалось, не замечала беспокойства провожатого. Она смотрела по сторонам, то и дело вздыхала и даже что-то негромко бормотала. Сухову хотелось, конечно, услышать её комментарии, но не в ущерб главной задаче — в темпе и без приключений добраться до блокпоста. Поэтому Павел ни о чём не спрашивал спутницу.

— М-м-м… м… — вдруг почти музыкально промычала Ольга. — Что ты вьёшься… над мое-е-ю головой…

— Что? — Сухов обернулся и изумлённо уставился на Ольгу. — Что это ты делаешь?

— Напеваю, — женщина пожала плечами. — А что? Так легче идти.

— Напеваешь? — Сухов на миг зажмурился и помотал головой. — Бред какой-то!

— Ты что, песен никогда не слышал?

— Какие ещё песни?! Кто вьётся над головой?! Ты с ума сошла? Мы в Зоне! Здесь надо по сторонам смотреть и молчать! Пропустишь что-нибудь или недослышишь из-за песни своей и всё, крышка!

— Из-за твоего крика мы пропустим ещё больше, — спокойно заметила Ольга. — А вьётся вон там… птица, или что тут вместо птиц… беспилотник?

Сухов поднял взгляд к небу.

— Чёрт! — Павел схватил Ольгу за руку. — Гарпия! Давай, в кусты!

— Гарпия? — Ольга попыталась высвободить руку. — Ты меня так обозвал или птицу? Погоди, давай разглядим.

— Чокнутая! — Сухов резко дёрнул женщину на себя.

Ольга вдруг перестала упираться, поэтому получилось, что дёрнул Сухов слишком сильно. Спутница врезалась в Павла, и в этот же момент лейтенант, как назло, поскользнулся. Ходоки потеряли равновесие и завалились в кусты: Сухов, а сверху Ольга.

— Девочки сверху? — Ольга игриво щелкнула Сухова по носу. — Что дальше?

— Ничего хорошего, — Павел попытался подняться, но Ольга не спешила с него вставать. — Гарпии сопровождают драконов, выискивают для них цели.

— А драконы это… — Ольга вопросительно уставилась на Сухова.

— Да ты что, вчера родилась?!

— Неприлично спрашивать даму о возрасте, — Ольга вдруг прижалась к Сухову всем телом и пригнулась, будто бы собираясь укусить лейтенанта или поцеловать — чёрт разберёт эту эксцентричную дамочку! — Ну?

Павлу стало жарко. И даже немного закружилась голова. Сухов понимал, что здесь не место и не время для романтических свиданий, но ведь рефлексы никто не отменял даже в Зоне.

— Драконы… — Голос у Павла сел, словно у возбуждённого юноши на свидании. — Это бывшие вертолёты… изуродованные Узлом.

— И почему тогда драконы? — Губы Ольги по-прежнему оставались очень близко, и шептала она так, словно дразнила: жарко, даже с нотками страсти. — Почему не «узловерты» какие-нибудь, если узлом скручены?

— Да не скручены узлом, а переделаны в Узле, в запредельном пространстве, через которое мы проходим, когда перемещаемся из тамбура в тамбур, — Сухов почувствовал, что кровь приливает, куда не следует, оставляя мозг на голодном пайке. — Хватит издеваться!

— А ты прекращай на меня орать, — прошептала Ольга, вдруг зажимая Сухову рот. — Драконы и гарпии далеко, а вот люди близко, слышишь?

Павел попытался возмутиться, но с зажатым ртом сделать это не мог. Сухов с трудом убрал её руку и дёрнулся, пытаясь сдвинуться вправо. Но Ольга держалась крепко.