— Местные, мы часто их видим. С юга приходят, по утрам. Покрутятся в тумане и назад. Как привидения, ёпрст. Но упакованы, как настоящие. Броня добротная, одёжка хорошая, с армганами все.

— Прямо все? — удивился подполковник.

— Подтверждаю, — сказал Сухов. — Все, как один.

— Может, тоже Апостола люди? Как думаешь, Кабанов?

— Ни разу не видел, чтоб эти модные и бойцы Апостола вместе работали. Ну, так что? Вернёмся? А то сопрут что осталось, эти модные. Да и коробку встретить надо. Она ж сюда подойдёт.

— Возвращайся. Как подойдёт подкрепление, направляй его… ко мне, по маяку.

— В северные кварталы, на склад удобрений, — сказал Сухов. — В фасовочный цех.

— Тебе слова не давали, дезертир, — Бойков строго посмотрел на Сухова.

— Вы же сами в эту версию не верите, — лейтенант покачал головой. — Иначе оружие отобрали бы давно.

— Я и в версию с твоим попадаловом в Узел не верю.

— А мать моя не верила, что отец по бабам не гуляет, и ничего, прожили душа в душу до самой смерти, — вдруг выдал Сухов.

Бойков уставился на лейтенанта, как на занятного, но опасного типа. Даже руку на «Страйк» положил. Сухову не осталось ничего другого, кроме как пойти ва-банк.

— Я не телепат, господин полковник и не морбот, можете просветить меня своим сканером хоть десять раз. Просто я знаю то, чего не знаете вы. Про ядерный фугас, «Судный день», Апостола и, главное, я знаю, что мы находимся в пространственно-временной петле!

— Про ядерный фугас? — Бойков с подозрением взглянул на Сухова.

— Так точно. Малый, ранцевый, две с половиной килотонны, упакован в керамический ящик «под дерево». Находится в подземном бункере под бывшим складом минеральных удобрений, это в пяти кварталах отсюда, на северо-запад.

— Очень уж ты уверенно об этом говоришь. Тебя, случайно, не Апостол послал? В засаду хочешь нас привести?

— Вы спрашивали вчера, — Сухов поморщился. — Нет, не хочу. Но, если вы хотите взять Апостола с поличным, надо поспешить. Он напал на блокпост, потому что искал меня. Так вышло, что я засветился, и теперь я для Апостола живой свидетель. Но меня на блокпосту не оказалось, то есть след Апостол потерял. Значит…

— Значит, он заметёт свои следы, раз уж не вышло тебя устранить, — закончил мысль лейтенанта Бойков.

— Так точно. Он давно собирался перепрятать бомбу, для профилактики. А теперь это ему жизненно необходимо.

— Да, складно излагаешь, лейтенант Сухов. Как по писаному. Кабанов, что скажешь?

— Я Пашке верю, — Витёк пожал плечами. Вернее, подвигал здоровым плечом. — Хоть он и сухарь, ёпрст, да и зануда бывает изрядная, но честный и правильный. Даже слишком правильный, ёшкин кот.

— Да, бывает, — задумчиво глядя почему-то на Ольгу, проронил Бойков. — А что там насчет какой-то «петли»? О чём ты толковал, Сухов? Ловушку поблизости обнаружил?

— Так точно, — Сухов кивнул. — Мы как раз внутри её.

— Неужели? — подполковник хмыкнул. — А мы и не в курсе, удивительно, не находишь?

— Нормальная история, об этом никто не догадывается. Ведь всё вокруг вроде бы нормальное и день как день. Только повторяется.

— Ну, а ты-то как об этом догадался?

— Как-то так, — Сухов неопределённо помахал рукой. — Не знаю. Но уверен, что иду по следам Апостола уже второй раз. Говорю же, всё повторяется. Как в ролике.

— Вот прямо повторяется? То есть ты знаешь всё наперёд? Что я скажу, например, через минуту или чем всё закончится. Да?

— В целом да. Вчера мы перехватили бомбу и уничтожили Апостола. Если поспешим, сегодня тоже преуспеем. Но гарантии нет. Здесь, как в онлайновой игре, кто успел, тот и… победил. Общий сценарий имеется, но кто выиграет, неизвестно.

— Кто будет лучше играть, тот и выиграет, ёпрст, — заявил Кабанов. — Понятно же.

— Насчёт пространственно-временной петли не убедил, — сказал Бойков. — Аргумент простой. Если «петля», то все должны тупо делать одно и то же. И не помнить ничего о повторах. А ты помнишь. Чем ты лучше других?

— Ничем. Но, может, в виде исключения…

— Исключения придумали люди, которым не хватило мозгов придумать безупречные правила. Зона исключений не допускает. Здесь или есть правило, или нет его, полная свобода действий. Так что, если мы в созданной Зоной «петле», ты тоже не должен ничего помнить о вчерашнем дне.

— Значит, дело не в «петле»?

— Значит, дело не в «петле», — утвердительно повторил Бойков.

— А в чем?

— Хрен его знает, товарищ Сухов. Может, тебя в Припяти контузило, и ты оракулом стал или ясновидящим. А может, просто чокнулся и врёшь нам сейчас как сивый мерин. Фантазии свои за предвидения выдаёшь. С этим позже будем разбираться, Сухов. Сейчас с Апостолом надо вопрос закрыть, факт! Кабанов, возвращайся с бойцами в своё хозяйство, наводи марафет. Коробка придёт, занимайте оборону. На себя подкрепление сам вызову. Сухов! А ну, заканчивай…