Яростный взгляд достался Франку, а блондинчик зло засмеялся. Даже странно. Злость не вязалась с этой милой, почти ангельской внешностью.

Кай снова положил руку на плечо Дилю, и выглядело это как защита. Ну и зачем? Никто его и не обижает. Ученый свысока смотрит? Да и черт бы с ним, мало ли кто на него смотрит свысока.

Но поддержка была приятной. Просто так, без повода. Никто никогда не брал его под защиту. Кроме Аури.

Даер ткнул пальцем в сторону толстяка.

– Хантел Феретис, торговец. Никакого, знаете ли, энтузиазма к миссии не выказывает. Может попытаться сбежать, так что тебе, Франк, придется за ним приглядывать. Сбежать-то он не сумеет, но неприятности доставить может…

Он вдруг замолчал, прислушиваясь к чему-то, потом встал, сделал повелительный жест в сторону Франка и решительно направился к двери. Франк ухмыльнулся, подмигнул Дилю и пошел следом.

В столовой остались люди, которым предстояло исполнить странную миссию. Спасти мир. О боги, ну какой из меня спаситель мира…

Лири за руку подвела Диля к своему креслу и лично придвинула ему стул.

– Ты теперь так и будешь звать меня принцессой, да? И говорить мне «вы»? – Диль подумал и кивнул. – Но это же глупо. Я все та же Лири, которая штопала твое трико и стирала твои носки. Что изменилось? Ты узнал, что я королевская дочка, да? Ну что ты киваешь, язык проглотил?

– Мое отношение к вам не изменилось, – перестал кивать Диль. – Клянусь. Просто я так воспитан. Это в крови. Я не могу говорить «ты» принцессе. У меня язык не повернется.

– Той принцессе ты тоже выкал? – выпалила Лири. Напоминание было болезненным.

– Конечно.

Лири покрутила головой. А волосы у нее красиво уложены, пусть и короткие, но она не кажется уже растрепанным мальчонкой. Не красавица, увы, но симпатичная.

– Красивый этот Кай, правда? Я и не думала, что люди такими бывают.

– Да, верно, – засмеялся Диль, – я все время ловлю себя на том, что хочу им любоваться… ну, словно редким цветком. Франк говорит, что он эльф.

Лири широко открыла глаза и уставилась на Кая со смесью восторга и любопытства. Он беседовал с ученым, а тот все так же драл нос. Лири перевела на него взгляд и поморщилась:

– Мерзкий тип. К тому же вампир, представляешь?

Хорошо, что Диль сидел, а то так бы на пол и шлепнулся. Ладно бы эльфы, почти сказочные герои, но герои сказок добрых, или героических, или таинственных, но вампиры… О них Диль слышал побольше, но ничего хорошего. И находиться рядом с кровопийцей желания не было.

А кто когда интересовался его желаниями? Сказано – миссия, вот и топай. Одна надежда – Кай защитит.

Словно подслушав, Кай ему улыбнулся. Лири вздохнула.

– Ох и хорош. Дух захватывает. Настолько хорош, что даже нереально. В такого и не влюбишься. Потому что таких не бывает. Расскажи, что там с вами случилось?

Диль рассказал. Ушло на это целых пять минут. Или чуток поменьше. Принцесса пришла в ярость, как оказалось, из-за того Франк подверг его опасности. Диль попробовал увести разговор в сторону, начал расспрашивать о торговце, который снова уткнулся в книгу. Даже страницы переворачивал, но все равно казалось, что он только прикидывается. Лири снова морщилась. Не нравилась ей новая компания. Совсем не нравилась. Ничего плохого о торговце она не говорила. Никакой – и все. Словно и нет его.

Слуги быстро накрыли стол. Диль сглотнул слюну: сегодня они обошлись без обеда, торопясь сюда, а солнце уже катилось к западу. Да уж, быстро привыкаешь к сытой жизни, то раз в день поел чего попроще – и хватает, а тут завтрак, обед и ужин подавай. Аппетитно пахло супом. Очень аппетитно, потому что все быстренько стянулись к столу и приступили к еде, не дожидаясь хозяев. Наверное, так и надо, подумал Диль, орудуя ложкой.

Рядом с ним сидел блондин.

– Привет, – бросил он. – Ты бродяга? Не похож. Видал я бродяг.

– Я бродяга с работой, – улыбнулся Диль. – Бродячий артист.

– Да ну? Это менестрель, что ли?

– Акробат.

– Прыжки-кувырки? А ты уж не мальчик. Тяжело, должно быть.

– Временами, – согласился Диль. – Пока еще я могу все, что мог и раньше… но это ненадолго.

Блондин ел левой рукой. Правая лежала на коленях. Обрубок правой, обмотанный бинтами. У него не было кисти.

– Ну да, – зло усмехнулся он. – Я Илем. Вор, как ты понимаешь.

Попавшимся на краже отрубали правую руку. Вот бедняга…

– И давно?

– Шесть дней назад.

– Болит?

– Зверски. Особенно пальцы. Представляешь? Мне их переломали, прежде чем руку рубануть.

– Чтоб лучше усвоил, что красть – это плохо, – брезгливо сказал ученый. Вампир. Илем его поправил:

– Чтоб лучше усвоил, что попадаться – это плохо.

Голос у него был… неприятный. Диль бы не хотел, чтоб с ним так говорили. Бирам Краден широко улыбнулся, и Диль поверил, что он вампир. У него зубы были, как у собаки, острые даже на вид, с длиннющими клыками. Устрашающее зрелище. Илем прищурился: