Фанг молчал. Потом вежливо произнес:

— Мне известно многое, Сергей с планеты Земля, пришелец из прошлого, император планеты Тар, враг Отрешенных.

— Что ты о них знаешь? — резко спросил я. — Где мы находимся? Как ты меня выследил?

— Да, ты Сергей с Земли, — повторил Нес. — Вначале — любопытство, затем — безопасность. Но ты не тот… Что-то случилось с тобой.

— Где мы?

— Информация в обмен на свободу.

— В обмен на жизнь, — зло бросил я. — Понял?

— Жизнь — вздор. Мне нужна свобода.

Секунду я боролся с искушением полоснуть по нему лучом. Но…

— Ты скажешь всё. Где мы, как ты меня выследил, кто такие Отрешенные.

— В обмен на свободу.

Он стоял передо мной — нелепая получеловеческая фигура. Пёс с человеческим лицом. Смышленый неандерталец с собачьим лицом. Гибрид человека и животного. Обаятельная смесь — нечто среднее между лешим и оборотнем. Фанг. Симпатичный враг.

Обмануть…

— Клянусь планетой Тар.

Он молчал.

— Клянусь Таром, Землей, своей женой — Терри. Ты получишь свободу.

— Ты врешь, — ответил Нес. — И это еще отзовется в твоей судьбе. Но я скажу. Звезду, которая светит над этой планетой, называют Дьявольской Звездой.

— Клэн? Я не верю, фанг. Для обычного человека ее излучение…

— Посмотри на руки, человек.

Кожа была красной и слегка чесалась. Ожог, самый настоящий лучевой ожог. Слава Сеятелям, что есть капюшон… Вытащив из-за манжет тонкие черные перчатки, я по очереди натянул их, продолжая держать фанга на прицеле.

— Говори дальше.

Нес, после короткой паузы — он словно подбирал правильные слова, хоть и говорил на стандарте без затруднений — продолжил:

— Я не выслеживал тебя, Сергей. Мне сообщил твой курс Отрешенный.

— Кто они — Отрешенные?

Нес улыбнулся. Без сомнения, он имитировал человеческую улыбку, но делал это безукоризненно.

— Все знают что-то, но никто — всё. Тебя интересует мое мнение?

— Да, — я нажал сенсор, включая медицинский режим комбинезона: кожа на руках и лице невыносимо зудела.

— Отрешенные — раса, достигшая предела. Отрешенные — цивилизация будущего, стоящая над временем и пространством. Отрешенные — потомки фангов.

— Нет, — сказал я. — Нет, фанг. Ты лжешь.

— Отрешенные, — словно в трансе продолжал Нес, — не имеют постоянного тела и не нуждаются в нем. Они — наблюдатели, прежде всего. Их не волнует происходящее в нашем мире — для них это прошлое, которое уже свершилось…

«Как и для Сеятелей в двадцатом веке, — мелькнула непрошеная мысль. — Он не врет».

— Для Отрешенных нет тайн — они берут информацию непосредственно из континуума. Для них не существует препятствий — они пользуются всей энергией Вселенной. Это — настоящие Боги.

— Ты запугиваешь меня, фанг, — прошипел я. — Вонючая тварь…

Нес опять улыбнулся. И невозмутимо спросил:

— Разве мой запах неприятен? Мы меняли химическую формулу шерсти, добиваясь наиболее привлекательного для людей запаха.

— Зачем?

— Чтобы вам было приятнее общаться с нами.

Я чувствовал, как кружится голова. Мой полуголый пленник вел себя так, словно был хозяином положения.

— Почему вы воюете? Почему вы жестоки? Мы хотели мира с вами!

Фанг внезапно стал серьезен. Более чем серьезен. Шерстка на его лице встала дыбом. Бледно-желтая радужка глаз потемнела. В слабом солнечном свете я не мог разобрать выражения лица — да и вряд ли оно помогло бы понять эмоции фанга.

— Землянин Сергей, пришедший из прошлого, я отвечу тебе наполовину. Лишь потому, что ты пришел из минувших веков. Лишь потому, что ты более важен для истории, чем думаешь. Отрешенные вмешиваются в твою судьбу. Они никогда не делали этого… А исключение из правил всегда красиво.

Он замолчал — как-то уж очень резко. Бластер плясал в моих руках с грацией перепившего матроса. Фанг, Нес, тварь… Как тебя ни называй — ты врешь. Ты усыпляешь мой разум — я не поддамся. Я готов убить тебя. Ты врешь. У вас нет таких могущественных союзников. Ты врешь.

Совру и я.

— Сергей, слушай и запоминай. Мы хотели быть правильными — как все фанги прошлых веков. Мы узнали вас — и выбора не осталось. Вы были правы — всегда. Мы ошибались. И для нас остался один путь — уничтожить людей или погибнуть самим. Мы вступили на этот путь. Мы идем так, как велит наша природа. Наша — людей и фангов. Мы восхищены вами. Фанги делают то, что красиво для вас. Люди открыли фангам новую правду.