Во время поминок Лидия все время наблюдала за Ионой, постоянно держа его в поле зрения. В какой-то момент она вдруг заметила, что отец пристально посмотрел па Иону и покинул гостиную, а вслед за ним, извинившись перед собеседниками, спокойно вышел из комнаты и Иона. Лидия поняла, что оба они направились в отцовский кабинет.

Они отсутствовали не более получаса. Она точно знала это, потому что постоянно смотрела то на входную дверь в гостиную, то на часы. Только Господь Бог знал, что происходит сейчас в кабинете. Внутри у нее все горело, сердце отчаянно колотилось, когда она наконец увидела у входа в гостиную двух самых дорогих для нее на свете людей. Она старалась хоть что-то прочитать по их лицам. Выражение лица Ионы было непроницаемым, а по лицу отца можно было сделать единственный вывод, что предложение Ионы действительно не расстроило его еще больше. Вид у него был более задумчивый, но не излишне взволнованный или огорченный.

Иона быстро подошел к Лидии. Она робко на него посмотрела, несколько раз быстро перевела свой взгляд с него на отца и уже собралась задать свой вопрос, но он галантно и твердо взял ее под руку.

— Давайте прогуляемся, — тихо вымолвил он.

Она с удивлением смотрела на него, по-прежнему пытаясь прочитать своими изумрудными глазами хоть что-то в выражении его лица. Оно ни о чем ей не говорило.

— Да, конечно, — пробормотала она и смутилась. Земля, казалось, уходила у нее из-под ног. Единственной причиной, по которой Иона мог предложить ей выйти и прогуляться, было его желание открыть ей содержание только что состоявшегося разговора с отцом.

Они вышли из дома и пошли по длинной центральной тропинке к воротам. Иона казался слишком серьезным и задумчивым. Лидия едва сдерживала свое любопытство, но боялась показаться бестактной, начав разговор первой. И ей совсем не хотелось снова выслушать обвинения в излишней нетерпеливости. Она набралась терпения и ждала.

Они шли по ее любимой тропинке несколько минут, пока не достигли решетчатой ограды, отделяющей территорию поместья от открытого луга. Вот тут-то ее терпение и лопнуло. Она остановилась.

— Итак? — спросила она с оттенком некоторой враждебности, как показалось ей самой. Напряжение сегодняшнего вечера становилось невыносимым. — Так что вы собирались мне сказать?

Его ответ стал для нее совершенно неожиданным. Более того, он был просто ошеломляющим. Повернувшись к ней лицом и глядя прямо ей в глаза, он произнес:

— Я решил, что мне пора жениться.

Лидия не была вполне уверена, открылся ли ее рот от удивления или она все-таки сумела сдержаться.

— Вы же не хотели… связывать себя… семейными узами, — промямлила она, болезненно переживая только что услышанные слова. Но быстро взяла себя в руки, и, скрывая свои истинные чувства, натянуто улыбнулась. — Примите мои поздравления, Иона! — Конечно, он наверняка собирался жениться на этой милой блондинке, с которой она его видела. Хотя разве он не обещал ей больше не встречаться с этой белокурой красавицей?

— Благодарю вас, — принял поздравления Иона. — Я надеюсь, вы одобрите претендентку на мою руку и сердце.

Она уже ее ненавидела и отныне будет ненавидеть всегда. Ей хотелось убежать и спрятаться где-нибудь, чтобы пережить этот удар судьбы в полном одиночестве. С трудом ей удавалось владеть собой. На время она забыла даже об отце и его финансовых неприятностях, все силы и мысли уходили на отчаянную борьбу с ее истинными чувствами.

— Я с ней знакома? — спросила она как бы между прочим.

Лидия и без того была ошеломлена, но то, что она услышала далее, потрясло ее окончательно, когда, не отрывая от нее глаз, он кратко произнес:

— Вы и есть моя избранница.

Лидия стояла, не смея поверить собственным ушам. Кто-то из них двоих определенно сошел с ума.

— Я? — еле выдавила из себя она. Глаза расширились от удивления, дыхания не хватало. — Вы это серьезно?

— Мне бы в голову не пришло шутить такими вещами.

— Вы сказали, что хотите жениться на мне? — голос был таким тонким, что, казалось, принадлежал не ей.

— В этом и состояло мое предложение, которое я раскрыл вашему отцу, — подтвердил он решительно, твердо, с видом, не допускающим получения отказа.

Но она не хотела становиться жертвой его случайного выбора, только потому, что он решил порвать с холостяцким образом жизни!

— Я не собираюсь выходить за вас замуж, — гордо ответила Лидия. Она любила его и хотела быть любимой по-настоящему!

— Вам придется, — резко возразил он, нисколько не смутившись.

— Назовите хотя бы одну причину, по которой мне придется это сделать, — бросила Лидия враждебный вызов.

— Я могу назвать вам пятьдесят пять тысяч причин, — многозначительно произнес он, и враждебность ее сразу исчезла.

Тихий стон вырвался у нее из груди, и все печальные мысли об отце и плачевном финансовом состоянии семьи вернулись и завертелись в ее голове с новой силой.

— Вы… — голос сорвался. — Неужели это и есть то самое предложение, которое вы сделали отцу? Этого не может быть! — Лидия ничего не могла понять. Она не видела в этом никакого смысла. — Что же это за предложение? Жениться, чтобы… -