Шрифт:
— Как же он совладельцем стал? В чем секрет?
— А тебе какая разница?
Симпатичное лицо Егора озарилось улыбкой.
— Я тоже недавно дембельнулся, — весело сообщил он. — Может, и у меня получится.
— А у тебя есть богатый армейский дружок, который собирается открыть бар?
— Пока нет.
— Вот когда будет, тогда и мечтай. — Диля допила пиво, смяла банку в могучей руке и швырнула в мусорную корзину. — Не забудь рассчитаться за пиво, красавчик.
Она подняла свой грузный остов с кровати и зашагала к двери, и поступь ее была так тяжела, что казалось, будто сотрясается весь этаж.
— Погоди, — сказал ей вслед Егор.
Гренадерша остановилась.
— Чего еще?
Егор поднялся с кровати, быстро подошел к Диле и обнял ее за талию. Посмотрел в ее воловьи, густо обведенные тушью глаза и спросил:
— Может, останешься?
— С какой стати?
— Я хороший парень.
— Да ну?
— Точно тебе говорю.
Он сжал ее в объятиях. Гренадерша положила Егору руку на грудь и оттолкнула его от себя. Сила у нее была богатырская, и Егор едва устоял на ногах. Отступив на шаг, он усмехнулся и вопросил:
— Кошечка любит царапаться?
— Еще раз попробуешь пристроиться, я тебя так поцарапаю, что мало не покажется.
— Ловлю тебя на слове, крошка.
— «Крошка»? — Диля повела могучими, будто у штангиста, плечами. Усмехнулась: — Веселый ты парень, Егор.
Он кивнул:
— Не то слово. Бывает, посмотрю на себя с утра в зеркало — и давай хохотать. До обеда остановиться не могу.
Гренадерша засмеялась, погрозила Волчку пальцем и вышла из комнаты. Егор задумчиво посмотрел на закрывшуюся дверь. Он чувствовал себя героем одного из тех детективов в стиле «нуар», которые так обожал в юности. Повернув голову к зеркалу, Егор посмотрел на свое отражение, прицелился в него пальцем и тихо проговорил:
— Филипп Марлоу, частный детектив. — Потом усмехнулся и пробормотал: — Что я делаю?
На Егора вдруг снова накатила тоска и на несколько секунд выморозила ему душу. У него опять возникло ощущение, что он что-то позабыл. Что-то чрезвычайно важное, то, без памяти о чем и жить нельзя.
Но волна тоски откатила, и оказалось, что жить дальше очень даже можно. Егор посмотрел на свое отражение в зеркале, подмигнул ему, а затем достал из кармана пачку «Кэмэла», подаренную барменом Иваном, вытряхнул одну сигарету, вставил ее в губы и сказал:
— Я распутаю это дело. Или я не Филипп Марлоу?
7
Итак, звериный инстинкт не обманул его и привел туда, куда надо. Удивительное дело, если вдуматься. Но лучше не вдумываться, а довериться своему волчьему нюху и идти туда, куда он укажет. Когда разум отказывается работать, приходится полагаться на инстинкт и интуицию. Эта парочка не подведет.
Егор допил пиво, смял банку в руке и швырнул в мусорную корзину. Потом завалился на кровать, закинул руки за голову и прикрыл глаза. С полминуты он лежал неподвижно и уже задышал ровно и глубоко, как дышит уснувший человек, но вдруг открыл глаза и недоуменно уставился на потолок. Егор почувствовал, как по его телу разливается слабость. Руки и ноги стали невероятно тяжелыми, веки стали горячими и отяжелели, словно у больного человека.
Перед глазами у Егора запрыгали желтые точки. Несколько секунд он боролся с волнами слабости, а потом глаза его закатились под веки, и он отключился.
Когда Волчок очнулся, в комнате было по-ночному темно. Сперва он услышал шорох. А потом увидел то, чего ему не полагалось видеть: Диля, стоя возле стула, обшаривала карманы его куртки.
Егор все еще чувствовал себя паршиво, но тело вновь слушалось его. Он приподнялся на кровати и сухо осведомился:
— Что-то потеряла?
Гренадерша вздрогнула и быстро оглянулась.
— Я поправляла твою одежду, — выпалила она.
— Да ну?
Секунда — и Егор оказался возле Дили. Схватив гренадершу за локоть, он холодно спросил:
— Когда появится твой брат?
— Не знаю! — резко ответила Диля и попыталась вырвать руку, но Егор не дал.
— А если подумать? — спросил он и сдавил пальцами ее предплечье.
— Минут через десять! — со злостью сказала гренадерша.
— Пиво было «заряженное», верно? Зачем ты меня отравила?
— Я не травила! Это было… снотворное.
— И часто вы проделываете этот фокус с постояльцами?
Гренадерша усмехнулась:
— Ты мне не платил, значит, ты не постоялец.
Воспользовавшись тем, что Волчок ослабил хватку, она вырвала руку и вдруг набросилась на Егора, вцепилась ручищами ему в горло и повалила его на кровать.
Гренадерша оказалась невероятно сильной. Егор с трудом оторвал ее лапы от своей шеи, размахнулся и въехал ей ладонью по губам. Диля отлетела от кровати и рухнула в кресло, но тут же вскочила снова. Она дважды махнула кулаками.