Полгода во всех газетах и новостях сообщали о том, как адвокат Воронцова намеренно показывал подзащитного как тяжело больного, несчастного человека, которому необходима срочная помощь. Осуждали адвоката, подсудимого. А сам маньяк то замыкался в себе, то старательно разыгрывал из себя невменяемого, писал бесконечные жалобы и прошения о помиловании. В итоге приговор «смертная казнь» был встречен бурными аплодисментами…

03 июня 1995го года Иван Константинович Воронцов, в возрасте сорока трех лет, приговоренный к смерти за восемь преднамеренных убийств, был казнен выстрелом единственной пули в затылок.

Сидоренко с чувством выполненного долга вышел из зала суда. Небывалый подъем царил в его душе. Нет, есть все-таки и в его работе приятные моменты! Преступник пойман и осужден. И какой! Прямо скажем, знаменитость! Во всем мире, на всех телеканалах обсуждается эта новость. Газетчиков, как грязи. Главное – люди могут теперь спать спокойно. В том числе благодаря ему. Сколько времени, сил, нервов, здоровья было потрачено! Еще одного такого поймает – и можно с уверенностью будет заявить, что жизнь прожита не зря. Хотя, чем меньше подобного сорта ублюдков, тем лучше. Откуда такая жестокость? Может, дело и правда в каком-то генетическом коде? Наука в этом больше понимает. И потом, не его это дело в мозгах преступников ковыряться, – его дело их ловить. Да растить вместе с Веркой детей… Андрей, посвистывая, свернул за угол, подошел к ларьку с мороженым. Народу было немного, – несколько пацанов лет десяти, темноволосая девушка, а за ней – женщина лет тридцати с маленьким мальчиком в яркой цветной панамке.

– Ма-ам… Купи… - малыш нервно прыгал, опасаясь отказа.

– Куплю-куплю… Не ной, нытик… Как ты себя, вообще, ведешь? С тобой стыдно и в люди-то выйти!

Боязливый взгляд ребенка на миг отразился в глазах полковника. Мальчик замер. Затем вспомнил о мороженом и хныканье продолжилось. Наконец, долгожданное мороженое очутилось в маленьких ладошках. От радости мальчик громко засмеялся, неуклюже потянул за обертку… Пломбир ловко шлепнулся на асфальт. Раздалась звонкая затрещина от матери, затем надрывный детский плач.

– Идиот! Больше вообще тебе ничего не куплю! Не ребенок, а сущее наказание! – женщина резко дернула сына за руку в сторону от ларька.

Сидоренко неприятно поежился, мечтая, чтобы этот шум поскорее прекратился. Откусив огромный кусок от рожка, поспешил по служебным делам. Работы на сегодня, как всегда, через край…