Монах обернулся к олдермену и заявил:

— Ты совершаешь ошибку, милорд Эльдред. Этот человек живет вне тени Господа. Это невозможно. Да сохранят нас небеса и все святые!

— Осторожнее, монах! — отрезал тот. — Мы ведь заключили соглашение, не забыл?

— Но я не знал… — начал было служитель божий, однако Эльдред заставил его замолчать взглядом, обещавшим боль.

— Теперь уже поздно идти на попятный, отец Эгфрит. Если, конечно, ты ценишь расположение короля, моего кузена, — натянуто улыбнулся олдермен. — Готовы ли новые кельи? Полагаю, мой кузен скоро навестит тебя, чтобы своими глазами увидеть, как слуги Господа расходуют его деньги. — Он повернулся к Маугеру. — Ведь надо как следует заботиться о наших монастырях, ты не находишь?

Здоровенный воин буркнул что-то себе под нос.

— Монастыри — это соль, необходимая для сохранения общества, — продолжал Эльдред, пожимая плечами.

Он обращался к Сигурду так, словно говорил о чем-то очевидном, вроде того, что море мокрое.

— По крайней мере, я так всегда думал. Ты со мной согласен, Маугер?

Воин сплюнул и пробурчал:

— Я мало смыслю в таких вещах, милорд, но слышал, что эти монастыри кишат мужчинами, которые находят удовольствие друг у друга в постели.

Отец Эгфрит понурил узкие плечи, признавая поражение, кивнул и снова повернулся к Сигурду.

— Это очень ценная книга, — сказал он, и его глаза сверкнули в свете факелов. — Прекраснее, чем какая-либо другая в этой черной стране. Она обладает редчайшей силой, Сигурд.

От меня не укрылось, как глаза ярла внезапно вспыхнули. Его любопытство наконец было задето.

— Это книга заклинаний? — спросил он.

Отец Эгфрит поспешно перекрестился, и Сигурд вздрогнул.

— Это книга молитв, язычник. Как я говорил, она очень могущественная. — Казалось, монаха возбудила реакция норвежцев. — В этой книге содержатся четыре Евангелия, переписанные с трудов самих апостолов нашим досточтимым святым Иеронимом. — Монах на мгновение закрыл глаза, будто наслаждаясь собственными словами. — Еще никогда в нашей земле не было ничего подобного.

— Покажи мне эту книгу, — повелительным тоном произнес Сигурд и протянул руку, словно ожидая, что отец Эгфрит прямо сейчас вручит ему Евангелия.

— Глупец, у меня ее нет! — бросил тот. — Клянусь бородой святого Петра, если бы она у меня была… Но…

— Но мы знаем, у кого она, — вмешался Эльдред, приближаясь к нам.

Маугер шагнул следом за ним.

Олдермен склонил голову набок и продолжил:

— К несчастью, по вине этих уродов ирландцев, которые не узнают священное сокровище, даже если милостивый Господь высечет на нем свое имя и искупает его в божественном огне, книга попала в руки невежды и свиньи Кенвульфа.

— Так зовут короля Мерсии, господин, — объяснил я Сигурду.

В те дни властители Уэссекса и Мерсии были заклятыми врагами. Предыдущий король Уэссекса Беортрик подчинялся Оффе, правившему в Мерсии. Новый король Эгберт стремился снова сделать свои земли независимыми.

— Кажется, туман наконец начинает рассеиваться, — промолвил ярл и оскалился по-волчьи. — Власть сладка на вкус, так? У меня на родине каждый, у кого есть дракар, мнит себя королем.

— А ты, Сигурд, сын Гаральда? Ты считаешь себя таковым? — спросил Эльдред, скулы которого отбрасывали резкие тени на отвислые усы. — Ты привел к нашему берегу два корабля. — Он поднял руку. — Они в безопасности, даю слово. Я приказал пощадить их в надежде на то, что нам с тобой удастся прийти к какому-нибудь соглашению.

Сигурд поморщился при напоминании об опасности, нависшей над «Змеем» и «Лосиным фьордом», затем покачал головой.

— Человек не сам решает, король ли он. Это делают те, кто его окружает. — Он снял шлем и провел рукой по длинным волосам. — Но каждый должен хорошенько задумываться о том, к чему стремиться. Там, откуда я пришел, короли не живут долго. Я сам убил одного.

— Несомненно, он умер, задохнувшись от вони, — пробормотал отец Эгфрит, громко принюхиваясь. — Рыбьи потроха, если мой бедный нос не ошибается.

Я увидел, как шевелились его ноздри.

— Книга находится у Кенвульфа. Эгберт хочет иметь ее в своих руках. Вот суть этого дела, — сказал Эльдред. — Но не совсем понятно, как наш добрый и благочестивый король может ее получить. Если бы все зависело от Маугера, стоящего рядом со мной, то все решилось бы просто. Мы двинулись бы на крепость Кенвульфа, захватили бы книгу, беспощадно убивая всех тех, кто встанет на пути, подкрепились бы мясом из королевского стада и к ужину возвратились бы в Уэссекс. — Он взглянул на верзилу, но тот только пожал своими здоровенными плечищами, закрытыми кольчугой. — Но жизнь никогда не бывает такой простой, как хотелось бы воину, — продолжал олдермен, снова повернувшись к Сигурду. — Так называемый мир между Кенвульфом и нашим королевством хрупок, словно крыло птицы. Если надавить слишком сильно не в том месте… — Он поднял руки и переломил воображаемую кость. — Мы не хотим войны, Сигурд. По крайней мере, пока. — Эльдред украдкой оглянулся на Маугера, и тот едва заметно усмехнулся.