Джек восхищенно покачал головой. Красотке в бикини хотелось верить и доверять. Он подошел ближе и прочитал: «Шоу во дворце искусств „Холидей“. Проездом в нашем городе — непревзойденная и неотразимая мадам Мадлен Торш! Только десять шоу!»

Джек вздохнул и двинулся по улице, глядя, как один за другим загораются огни.

Мимо прошагали два аркона, но на Джека они не обратили внимания. Он же воспринял встречу всерьез и даже коснулся спрятанного на поясе револьвера.

Да, он мог постоять за себя, но конфликты ему не нравились. Одно дело на задании — ты видишь их в прицел, они видят тебя в прицел, и вперед, жмите на гашетки. А так, чтобы глаза в глаза и сразу бить… Нет, Джеку это не подходило.

Увидев витрину с яркими экранами ТВ-боксов, он подошел ближе. На половине включенных аппаратов мелькала уже знакомая ему «непревзойденная Мадлен Торш». Здесь она танцевала на сцене, но совсем немного, а потом диктор новостей сказал, что у отеля «Империал», где остановилась заезжая звезда, снова волнения фанатов, которые скандируют ее имя.

Потом показали напряженные лица фанатов, полицейские машины и неоновые буквы с названием отеля.

Джек оглянулся на афишную панель, потом посмотрел в сторону стоявшей неподалеку информационной тумбы. Решительно к ней подошел, вызвал справку и, набрав на экране название отеля, обнаружил, что находится от него всего в полутора кварталах. А это значило, что появлялась возможность бесплатно развлечься, наблюдая за свалкой полиции и почитателей заезжей звезды или, если повезет, увидеть даже саму звезду.

Сориентировавшись, он выбрал нужное направление и зашагал вперед, слегка подпрыгивая и что-то напевая. Теперь у него появилась новая цель, потому как идея «покушать везде понемногу» себя изжила — есть он уже больше не мог.

А тем временем на небольшой площадке перед отелем «Империал» публики становилось все больше. Помимо тех, кто скандировал: «Мадлен-Мадлен!», подходили и те, кто просто хотел поглазеть на происходящее.

— Господа, не напирайте! Не создавайте беспорядков! — кричал в мегафон полицейский капитан, но эти призывы давали обратный эффект, поскольку все, кто их слышал, сбегались с целого квартала, да еще звонили знакомым, заверяя, что возле «Империала» происходит что-то интересное.

— Ну что за день сегодня, а? — огорченно проворчал капитан, выключая мегафон. — Чочир, ты вызвал подкрепление?

— Вызвал, сэр! — ответил сидевший в машине сержант. — Из тридцать второго, четырнадцатого и двадцать восьмого участков.

— Ну и где они?

— Им нужно время, сэр!

— Хорошо, им нужно время, а нам нужны люди! Вытаскивай свою задницу и затыкай ею вон ту дыру, возле скамейки!

— Не вижу, сэр… — ответил сержант, нехотя выбираясь из машины.

— Вон, где скамейка! Видишь, как теснят капрала Гуннарда! Даже в морду заехали.

— Мад-лен, Мад-лен, Мад-лен! — скандировала толпа.

— Они меня утомляют своими криками, — пожаловался капитан самому себе. — Чочир? А ты сказал, чтобы захватили гранаты со слезоточивым газом?

— Сказал, сэр, — заверил сержант, но его едва было слышно за этим «Мадлен-Мадлен!»

— Назад! Сдайте назад, уроды! — орал кто-то из его подопечных, которого придавили к колючему кустарнику, но в ответ ему неслось только «Мадлен-Мадлен!»

Позади нескольких сотен фанатов Мадлен Торш и примкнувших к ним зевак стояли лейтенанты Бонс и Липцик. Их заметно штормило, однако конечный пункт своего следования они помнили четко: отель «Империал» — ВИП-зона, а дальше… А дальше они надеялись вспомнить на месте.

— Мне кажется, Вилли, мы немного не в форме… — произнес Липцик и, икнув, уткнулся головой в чью-то спину.

— Последняя… няя… стопыка — она была лишней… — высказал соображение Бонс, также наваливаясь на кого-то рядом с собой.

— Последние три… — поправил его Липцик.

— А нас не могли отравить, Берни? — спросил Бонс, пытаясь оттолкнуть кого-то в сторону, чтобы, наконец, получить возможность пройти к отелю.

— Ты чего меня швыряешь, морда?! — закричали рядом, протестуя против действий Бонса.

— Прошу прощения, мадам, у меня все оплачено, я должен пройти к отелю!

— Да как ты смеешь мне, заслуженному геологу, говорить «мадам»?! — закричал оскорбленный. Бонс смутился, а Липцик с размаху заехал крикуну в ухо. Тот упал, на этом инцидент был исчерпан.

— Лихо ты его приложил, Берни, — заметил приятелю Бонс, не падая лишь потому, что опирался на впередистоящих.

— Я старюсь быть тебе полезным, Вилли…

— Господа, не напирайте! Не создавайте беспорядков! — донеслось спереди.

— Берни, мы должны сокрушить эту стену, иначе будет позор!

— Я готов, мой командир!

— Вперед, Берни! Приказываю бить из главного калибра!

— Я понял, мой командир! — крикнул Липцик, и они принялись лупцевать всех, кто стоял впереди, и расшвыривать их по сторонам.

Кто-то сопротивлялся, кто-то давал сдачи или призывал полицию, но дело понемногу двигалось и Бонс с Липциком сквозь толпу перемещались к отелю.

— Мадлен-Мадлен-Мадлен! — скандировала толпа.

— Главный калибр, Берни! — вопил Бонс, чувствуя, что опаздывает, хотя не помнил куда.