— Конечно, — не моргнув глазом ответил Арнольдо, хотя и путал железнодорожников с полицейскими.

— Он придет в двадцать три пятнадцать, ну, может быть, плюс одну минуту.

— А если он придет в плюс две минуты?

— Нет, в плюс две минуты здесь уже буду я. Понял?

— Так точно, сэр, понял.

— Когда он придет, ты, убедившись, что он не пьяный в дугу, скажешь ему, чтобы отправлялся на восьмой этаж, в номер мадам Торш…

— И за это получу свои пятнадцать ливров.

— Десять.

— Ну да, десять. А я как сказал?

— Не кривляйся. Если ты все понял, я пошел.

— Идите, сэр, я все понял, можете на меня положиться.

Передав пост, Леон направился к дверям через весь вестибюль и неожиданно разбудил дежурного.

— Что, уже съезжаете, мистер Джонс? — брякнул тот невпопад.

— Спи дальше, — не поворачиваясь, ответил Леон и вышел из гостиницы.

Дверь закрылась — большой человек в цилиндре ушел, однако Джек решил постоять за фикусом еще немного.

Оставаясь невидимым, он пропустил мимо себя нескольких постояльцев отеля, а потом решил выйти и пройтись по холлу, чтобы осмотреться.

Но если попросят вон, можно и убраться.

Выйдя из укрытия, Джек одернул китель и двинулся вдоль стены, с интересом рассматривая фотопортреты знаменитостей, которые некогда гостили в этом отеле. Здесь были мужчины и женщины, совсем молодые, с красивыми лицами, и строгие седые господа в нелепых головных уборах.

На каждом большом фото имелся автограф знаменитости, и Джек попытался уловить соответствие между подписью и выражением лица на портрете. Он так увлекся этим, переходя от фото к фото, что даже не понял сразу, что к нему обратились.

— Что? — спросил он, оборачиваясь, но сначала увидел лишь портье, который дремал, привалившись к стойке с ключами.

— Эй, военный! — позвали его с другой стороны. — Иди сюда, друг!

Оказалось, что его звал какой-то молодой человек в наушниках. Он стоял на месте ушедшего охранника и воровато оглядывался, словно делал что-то незаконное.

Джек пожал плечами и направился к незнакомцу, ведь тот выглядел совсем не опасно и, возможно, нуждался в его помощи.

— Ну наконец-то! — произнес смуглый парень, обрадовавшись Джеку, как родному. — Меня зовут Арнольдо!

Он протянул Джеку руку, и тот ее осторожно пожал.

— Это хорошо, что ты молодой! Леон мне так и сказал — он будет молодой, а ты и есть молодой. Правильно?

— Да, — согласился Джек, ничего не понимая. Он ожидал каких-то объяснений, но Арнольдо говорил все более непонятные и запутанные вещи.

— Короче, ты пришел чуть раньше, но это и хорошо… — Арнольдо обернулся и посмотрел на настенные часы над лифтом. — На семь минут раньше, но лучше раньше, чем позже!

И Арнольдо снова улыбнулся Джеку.

Он все еще не переставал беспокоиться, что Леон вернется слишком рано, сам перенаправит посетителя на восьмой этаж и не отдаст Арнольдо его долю. Леон запросто мог так поступить, особенно если был слегка выпивши. Теперь же ему не открутиться — вот он посетитель, военный и молодой, как заказывали.

— Ну, в общем, тебе сейчас вон в тот лифт. — Арнольдо повернулся и указал на лифтовые створки. — Там нажмешь кнопку с цифрой восемь, прибудешь на место, а дальше в восемьсот девятый номер. Там у нас суперапартаменты. Все понял, не заблудишься?

— А зачем мне туда идти? — поинтересовался Джек, однако Арнольдо истолковал вопрос по-своему.

— Я, конечно, понимаю, что ты военный, а у вас все минута в минуту… — Арнольдо посмотрел в дальний конец холла, ему снова показалось, что он уже слышит тяжелые шаги Леона. — Но в таких случаях, парень, можно и пораньше! Ну давай же, иди, а то злой дядя лишит меня премии!

И, уже не скрывая своего беспокойства, Арнольдо решительно подтолкнул Джека к лифту.

Тот не стал противиться, вошел в открывшуюся кабину и, повернувшись увидел счастливого Арнольдо, который помахал ему рукой.

Джек нажал блестящую кнопку, створки мягко закрылись, и лифт взлетел на восьмой этаж так быстро, что Джек не успел рассмотреть зеркальный потолок и полированные, наверное даже позолоченные, поручни.

Створки разошлись, Джек вышел в небольшой холл и, ступая по мягкому бежевому паласу, стал прислушиваться к ощущениям. С виду грубый ворс покрытия напоминал вермишель, Джек даже присел, чтобы потрогать его рукой и убедиться, что это шершавое волокно.

Оглядевшись, он пошел по коридору, разглядывая высокие, казавшие значительными полированные двери с накладными циферками номеров, такими же гладкими, как поручни в лифте.