– На выход, – скомандовал Ленечка.

Существовала вероятность, что подопечный направляется не в Ширгород, а еще куда-то, но Бессонов приказал до предела снизить риск засветки, вот и пришлось положиться на теорию вероятности.

Теория не подвела. Через некоторое время послышался рокот двигателя. Искомый «мерседес» вынырнул из-за поворота… и короткая очередь, выпущенная из снабженного глушителем автомата, основательно пробуравила левый задний скат автомобиля.

«Мерседес» – надежная машина, поэтому даже после столь радикального вмешательства он частично сохранил управление и затормозил уже метрах в тридцати от поворота. А еще через пять минут окрестности огласил мат водителя. Несмотря на бурное проявление эмоций, хозяин мерса не утратил осторожности: позвонил на «базу», сообщил, что продырявил шину.

– Вызвать техничку? – спросил дежурный.

Водитель прикинул и решил, что сам управится быстрее.

– Сделаешь – позвони, – сказал дежурный и отключился.

Водитель принялся за дело.

Пока гонец Сурьина возился с колесом, Ленечка без особых проблем проник в машину и комфортабельно устроился на коврике между сиденьями.

Минут через двадцать водитель закончил, сел в машину, позвонил:

– Все нормально, я поехал, – бросил трубку на сиденье, повернул ключ…

– Не торопись, – посоветовали ему с заднего сиденья.

Водитель совету последовал. Затылок у него был достаточно чувствителен, чтобы ощутить давление пистолетного ствола.

В машину ввалился Монах, проворно обыскал пленника, извлек новенький браунинг, похлопал его хозяина по щеке:

– Хороший мальчик!

Через минуту «хороший мальчик» был пристегнут наручниками к поручню над правой дверцей, Монах занял место водителя, а Ленечка вернулся за руль «рейнджровера».

– Ты, братан, недопонял, – спокойно заметил пленник. – Или ты прикинь, что тебе будет, когда мой босс узнает…

– Не-е, братан, это ты недопонял, – с той же интонацией отозвался Монах. – Или ты думаешь – кто мы?

Крепыш задумался. «Мерседес» тем временем миновал пост ГАИ и покатил по спальному району Ширгорода между раскиданных по пустому пространству многоэтажных коробок.

Крепыш додумал мысль.

– Ну так нельзя! – изрек он. – Так же не делается! Ну вы ж нам предъявы не делали?

– Ты уверен? – усмехнулся Монах.

– А что, делали? – с некоторой неуверенностью проговорил пленник. – Ну ладно, братан, обзовись: ты чей?

– Лучше не буду, – сказал Монах. – Для тебя лучше, братан.

– Это как?

– А так! – Монах круто свернул. «Мерседес» покатил вниз, мимо ступенчатого фонтана. – Если я обзовусь, дружок, придется тебя мочить. А так… Может и не придется. Я понятно говорю?

– Не, я не понял! – вскинулся крепыш. – За что это меня мочить?

– Да люблю я это дело! – Монах осклабился.

Пленник, поглядев на него, от реплики воздержался.

«Мерседес» выехал на пустынную набережную, свернул направо, а еще через четверть часа свернул налево, съехал к реке и остановился за лодочными сараями.

Фары погасли, Монах выключил двигатель.

– Посиди пока, – сказал он пленнику, выбираясь из машины. – Подумай о хорошем.

Отсутствовал он минут пять, потом вернулся, отстегнул пленника от поручня, скомандовал:

– Вылезай!

Крепыш выбрался из машины, и в спину ему тут же уткнулась труба глушителя, а капроновый шнур опутал запястья.

– Мы даем тебе только один шанс, – сказал Ленечка. – Быстрые и честные ответы – и ты будешь живой и непокоцанный. Первый вопрос: куда ты сегодня плавал?

Пленник уставился в темноту, но не видел ничего кроме размытого силуэта. Пленник дернул щекой – на нее сел комар.

– Ну, братан, – промычал он. – Так же не делают!

– Я тебе не братан, – отрезал Ленечка. – Будешь говорить?

Пленник вздохнул, поглядел на безлунное небо, усыпанное звездами, и засвистел попсовый хиток.

– Понятно, – уронил Ленечка. – Тебя предупреждали.

Из темноты выдвинулась могучая фигура.

– Бери его, Салават, – сказал Ленечка. – Только давай в сарайчик, а то по воде звук хорошо ходит.

Мозолистая клешня легла на шею качка.

– Пойдем, неверная собака! – прогудел Салават. – Будем тебя разговаривать.

– Ты меня на понт не бери! – нервно выкрикнул пленник.

– Дурак ты! – даже с некоторым сочувствием сказал ему Монах. – Не дожить тебе до старости.

Шелехов «ломал» банк.

Евгений Бессонов сидел на подоконнике у открытого окна и следил за работой Алеши. Вернее, безуспешно пытался. По клубному стандарту Шелехов считался хакером средненьким. Правда, на этот раз он работал не один, а на пару с Паладином, гражданином США индийского происхождения. Паладин помогал хачить русский банк исключительно из спортивного интереса. В деньгах он не очень нуждался, поскольку сам являлся разработчиком банковских систем защиты и оклад жалованья имел побольше, чем директор взламываемого банка.