— Даже если я отведу вас к нему, неизвестно, поможет ли он вообще синьорине.

— А вот об этом мы его сами попросим, — решительно заявил комиссар Масси.

Рим, Ватикан

Александр остановил свой «пежо» на парковке возле губернаторского дворца, в котором располагалась администрация Ватикана. Когда он вышел из машины и глубоко вдохнул, его встретил небольшой моросящий дождь. Он знал, что ему предстоит нелегкий путь. Посещение отца в тюрьме было обременительным для обоих. Еще три месяца назад Александр был готов отречься от отца, целиком и полностью забыть о его существовании. Но родителей не выбирают. Даже если Маркус Розин был генералом ордена «Totus Tuus», совершил величайшее преступление и на его совести были человеческие жизни, он по-прежнему оставался отцом Александра. Поэтому Александр искал встречи с ним, чтобы поговорить. Он знал, что никогда не простит отцу того, что тот совершил, но пытался его понять. Сегодня появился еще один повод увидеться с ним, однако Александр не мог сказать, как отец отреагирует на это. Он прошел мимо церкви Санто Стефано к вокзалу Ватикана и приблизился к стальной двери здания, которое находилось под недремлющим оком множества камер наблюдения. Энрико нажал большую кнопку дверного звонка и, наклонившись к переговорному устройству, назвал фамилию, а затем добавил:

— Дон Луу должен был сообщить обо мне.

В ответ раздался низкий голос. Александр открыл дверь и вошел внутрь. В комнате охраны сидели два сотрудника из виджиланцы, которые проверили документы Александра и наличие у него оружия. Потом они велели ему подождать пять минут и лишь после этого провели в помещение для свиданий.

Посреди комнаты за большим столом сидел Маркус Розин. Руки его лежали на столешнице, словно он держался за нее, боясь упасть. Солнечные очки, которые скрывали его пустые глазницы, в комнате без окон, освещенной неоновыми лампами, казались лишними. У Александра до сих пор были свежи воспоминания о кровавой стычке с Маркусом Розином и другими предателями в тайных подземельях Ватикана. Старая женщина, которую все звали Котолюбка, показала Александру и его людям вход в подземный лабиринт. Ее застрелили, но один из ее котов выцарапал глаза генералу ордена «Totus Tuus».

Жандарм, оставшийся наблюдать за теми, кто находился в комнате свиданий, делал вид, будто его совершенно не интересуют ни посетитель, ни заключенный. Александр сел на стул напротив отца.

— Александр? — спросил Маркус Розин.

— Да. Доброе утро, отец. Тебе сообщили, что посетитель — я? Или ты узнал меня по звуку шагов?

— Ни то, ни другое. Кто бы еще решил навестить меня здесь?

— Ну, не знаю… Возможно, старые друзья.

— Шутишь? Ты думаешь, они отважились бы прийти в новую ватиканскую тюрьму? Это все равно что самому сунуть голову в пасть льву.

— Но у тебя все же остались друзья, — возразил Александр. — Несмотря на то что Папа Кустос провозгласил орден распавшимся, они все равно где-то тайно собираются. Так ведь?

— Если люди верят в свое дело и готовы пожертвовать ради него своей жизнью, они не обратят внимания на то, что говорит незаконный понтифик.

— Кустос избран по закону.

— Это нужно еще доказать, особенно теперь, когда есть второй Папа, — ответил Маркус Розин, и в его голосе прозвучало удовлетворение.

— Ты хорошо информирован.

— Мне позволено слушать радио, и я включаю его очень часто. — Маркус Розин постучал указательным пальцем по солнечным очкам. — Что же мне еще остается?

— Я знаю, что ты выступаешь против реформ Кустоса и, прежде всего, против него самого, ведь он лично хочет воплотить их в жизнь, — вздохнув, сказал Александр. — У тебя еще сохранились контакты с единомышленниками?

— Ты имеешь в виду моих братьев и сестер?

— Называй их, как тебе угодно.

— Как же мне поддерживать с ними контакт? Читать, что ли, их тайные записки, которые они передают в камеру контрабандой? — Маркус Розин коротко и безрадостно рассмеялся. — Составленные с помощью алфавита для слепых?

— Есть разные способы и пути, — ответил Александр с намеренной многозначительностью.

Отец скептически ухмыльнулся:

— Александр, ты пришел сюда для допроса?

— Я хотел бы попросить тебя о помощи, отец.

— Я весь внимание.

Это было невозможно, но Александру казалось, что отец с любопытством смотрит на него.

— Если ты внимательно слушаешь радио, то наверняка знаешь о двух убийствах священников в Ариччии и Риме.

— Да. И что?

— Что тебе известно об этом?

— Наверное, меньше, чем тебе. В отличие от меня, ты можешь читать еще и газеты.

— Возможно ли, чтобы в этом деле были замешаны бывшие члены ордена «Totus Tuus»?

Пальцами правой руки Маркус Розин выбивал на столешнице барабанную дробь.

— Александр, я только теперь понял, что именно это и привело тебя ко мне! А сначала я подумал, что это… кровные узы.

— Ты хочешь обидеть меня? В прошлом я доказал, что ты мне небезразличен. Но сегодня я действительно пришел по делу. Если ты что-нибудь знаешь об этих убийствах, скажи мне, пожалуйста! Может быть, это предотвратит следующие жертвы.

— Неужели ты считаешь меня предателем? — с упреком произнес Маркус Розин.

— Я и предположить не мог, что ты будешь так упрямиться, — разочарованно ответил Александр. — Я думал, что майские события и потеря зрения заставят тебя задуматься и направят на путь истинный. Но, наверное, я ошибался.