Мать непроизвольно взвизгнула, отец ахнул, а у Стерлинга екнуло сердце.

Хуже всего, что змея бесследно исчезла, ускользнула в пустыню, наверняка чтобы поведать своим подружкам рептилиям о вкусной плоти англичанина.

Путешественник пошутил, что он был благодарен судьбе за то, что укушенной оказалась левая рука, поскольку он правша. Правда, убедиться в этом, наблюдая за тем, как он обращался со столовыми приборами, было невозможно. Дальше обед продолжался без особых событий, но Стерлинг навсегда запомнил и эту историю, и эту руку.

С этого момента будущий граф вбил себе в голову, что Египет кишит змеями, которые только и ждут, чтобы укусить ничего не подозревающую новую жертву. И все, что он читал о Египте, только укрепляло его уверенность в этом. Похоже, на каждом египетском артефакте в том или ином виде были изображены змеи. Они могли быть выполнены в форме золотых браслетов для ношения выше локтя, в виде головных украшений или же выгравированы на саркофагах. И разве Плутарх не писал, что Клеопатра испытала действие яда множества смертельно опасных египетских змей на приговоренных узниках, прежде чем выбрать подходящего для самоубийства аспида? Стерлинг пытался справиться с этим нелепым страхом посредством обретения знаний, для чего изучил значительное количество трудов, посвященных описанию обитающих в Египте видов пресмыкающихся. Впрочем, это не имело значения, поскольку ему не нужно было ехать в Египет. И тем не менее даже в тридцать лет он не мог избавиться от предубеждения, будто Египет — это страна, полная опасных змей.

К счастью, никто не подозревал о его ребяческом страхе. Графу Уайлдвуду не пристало бояться чего-то. А в учтивых беседах не часто обсуждалась тема египетских змей. Его же братьям это очень нравилось, потому что чуть ли не в каждом рассказе о их приключениях в Египте фигурировала змея. То она свернулась в ботинке, то спряталась в котелке или пересекла тропу перед ними.

— Милорд?

Странным было то, что Стерлинг, хотя и не любил змей вообще, не испытывал к ним столь суеверного ужаса, какой вселяли в него египетские змеи. Да, ему приходилось сталкиваться со змеями во время пеших прогулок в деревне, но даже ядовитая гадюка, укус которой иногда приводит к смерти, была всего лишь характерной для Британии змеей.

— Лорд Уайлдвуд?

Стерлинг вскинул голову и посмотрел на стоявшего перед письменным столом секретаря.

— Да?

— Извините меня, милорд. Вы просили показать вам отчетность управляющего поместьем, когда она придет с почтой, — сказал Эдвард.

— Да, конечно. — Стерлинг взял бумаги и просмотрел их. Как будто бы там было все в порядке. Позже он просмотрит их более тщательно. Это было неотъемлемой частью его ежедневных многочисленных обязанностей.

— Если я вам больше не нужен…

— Я знаю, что там, на полках, должно быть несколько книг о фауне Египта. Найдите их, пожалуйста, для меня.

— Сейчас, сэр. — Эдвард помедлил. — А по флоре информация вам нужна?

— Нет, не нужна. Чтобы быть более точным, меня интересуют рептилии. — Граф Уайлдвуд содрогнулся внутри. — Особенно змеи.

— Понятно. — Эдвард помедлил. — Хотите также информацию о крокодилах, сэр?

— Крокодилы? — Стерлинг нахмурился. — При чем тут, черт возьми, крокодилы?

— Не знаю, сэр, но крокодилы тоже относятся к рептилиям и водятся в Египте, и я подумал, что…

— Правильно. — Стерлинг вздохнул. Жизнь сына ревностного поклонника античности была бы намного легче, если бы руку того давнего гостя откусил крокодил. В конце концов, крокодилы не заползают незаметно в обувь путешественников. — Нет, только по змеям, Эдвард. Похоже, мне придется поехать в Египет. Я хочу, чтобы вы узнали, как добраться туда быстрее всего. Нам нужно съездить в Египет и вернуться назад как можно быстрее. — Он на секунду задумался. — Мне также нужно узнать, где можно найти сэра Лоуренса Уиллоуби, — говорят, он живет в Каире. Думаю, его адрес можно получить в Лондонском античном обществе.

— Будет сделано, сэр. — Эдвард повернулся к выходу, потом развернулся назад. — Но сначала змеи, сэр?

— Да, сначала змеи. — Стерлинг немного подумал. — И пожалуйста, сообщите моим братьям и леди Уайлдвуд, что я хотел бы встретиться с ними здесь, в библиотеке, перед обедом.

— А леди Реджина?

Его сестре Реджи было восемнадцать, и она получала массу удовольствия от своего первого выхода в сезон лондонских светских празднеств. Ее присутствие было необязательным. Вообще-то сбор в библиотеке членам семьи графа не особенно нравился, потому что обычно заканчивался для кого-то наставлениями или упреками. Но если сестру не пригласить, она может обидеться. — Можете сказать ей, что она приглашена, но дело не имеет к ней никакого отношения. Несомненно, она будет рада не присутствовать.

— Несомненно, сэр. — Эдвард улыбнулся и направился к ближайшей полке искать нужные книги.

Эдвард Деннисон был человеком среднего возраста, чрезвычайно умелым и полезным. Никто лучше его не знал дел графа Уайлдвуда. Стерлинг мог не волноваться, зная, что в его отсутствие Эдвард будет на своем посту. Хотя в последнее время у него на уме были не только дела его работодателя.

Когда в их жизнь вошла Габриэла, вместе с ней появилась и ее компаньонка мисс Флоренс Генри. При первой встрече ничто не указывало на роман, но между ними завязались романтические отношения. Они с Эдвардом планировали пожениться сразу вслед за тем, как Габриэла и Нейт сыграют свадьбу. Свадебные настроения витали в воздухе Харрингтон-Хауса. Вероятно, это было хорошим знаком.