— Но твой значок не помог тебе проникнуть в квартиру мисс Мэвис.

— А это того стоило?

— Думаю, да. — Втайне ликуя, что сможет утереть ей нос, Кольт достал с заднего сиденья посылку и показал Алтее: — Вот это вручили кошачьей леди по ошибке.

— Кошачьей леди?

— Тебе стоило там побывать. Нет уж… — Он убрал сверток в сторону, когда она попыталась дотронуться до него. — Это моя добыча, дорогая. Но я готов поделиться.

Алтея вспыхнула, но, заметив, что посылка не распечатана, тут же успокоилась.

Ее не открывали.

— Это справедливо, — откликнулся он, встречаясь с ней взглядом. — Я решил, что нам следует открыть ее вместе.

— Похоже, на этот раз ты принял правильное решение. Давай посмотрим, что там.

Кольт нагнулся и вытащил нож из ботинка. Когда он вскрыл упаковку, Алтея прищурилась.

Сомневаюсь, что у тебя есть разрешение на эту игрушку, парень.

Нет, — просто ответил он и снова спрятал нож в ботинке. Кольт извлек из коробки видеопленку и лист бумаги.

Алтея взяла лист бумаги за уголок и, порывшись в сумочке, выудила пластиковый мешок.

Стоит проверить на отпечатки. Возможно, нам повезет.

— Это могло бы сказать нам, кто за этим стоит. Но не где они находятся. — Кольт бросил пленку в пакет. — Хочешь пойти в кино?

— Да. — Алтея положила пакет на колени и похлопала по нему. — Но думаю, что этот фильм предназначен для секретного просмотра. У меня дома есть видеомагнитофон.

У нее был удобный диван с мягкими подушками. Сияние деревянных полов подчеркивали ковры, украшенные орнаментом индейцев навахов. Изображения в стиле ар-деко на стенах могли бы не сочетаться с юго-западными мотивами, но все выглядело наоборот. Так же, как и по-домашнему уютное скопище густых зеленых растений на витой железной чайной тележке. В аквариуме в форме банки плавали две золотые рыбки, и тут же располагалась скамеечка для ног, напоминающая сидящего на корточках, улыбающегося гнома.

— Интересная квартира, — только и нашел что сказать Кольт.

— Она мне подходит. — Алтея направилась к видеомагнитофону со стеклянно-хромированной поверхностью, скидывая на ходу туфли.

Кольт подумал, что этот жест сказал ему гораздо больше об Алтее Грейсон, чем десяток доскональных отчетов.

Со своей обычной тщательностью она вставила пленку в видеомагнитофон и включила телевизор. Сейчас не было необходимости перематывать заставку с предупреждением ФБР, потому что его здесь попросту не было. Спустя пять секунд серая рябь исчезла с экрана.

И шоу началось.

Даже для человека с таким опытом, как у Кольта, происходящее стало сюрпризом. Он сунул руки в карманы, переминаясь с ноги на ногу. Он понимал, что это глупо, поскольку они оба были взрослыми людьми, профессионалами своего дела, но его захлестнуло непреодолимое смущение.

— Я… гм… думаю, что они не верили в то, что способны вызвать возбуждение у своих зрителей.

Алтея склонила голову, бесстрастно глядя на экран. Это не было занятие любовью. С ее точки зрения, даже не секс. Это было жесткое порно, вызывающее скорее гадливость, чем возбуждение.

— Я видела вещи и покруче на холостяцких пирушках.

— Кольт оторвался от экрана и изумленно уставился на нее:

— Неужели?

Пленка на удивление хорошего качества. И работа оператора, если это можно так назвать, выглядит вполне профессионально. — Алтея прислушалась к стонам. — Да и звук тоже. — Она кивнула, когда камера отодвинулась в сторону, снимая сцену дальним планом. — Это не пентхаус.

— Должно быть, это где-то в горах. Высококлассный кантри-стиль, вплоть до обшивки. Кровати, похоже, в стиле английской мебели восемнадцатого века.

— Откуда ты знаешь?

— Моя мать помешана на антиквариате. Посмотри на лампу около кровати. Это Тиффани или чертовски удачная подделка. Ах, а краски-то сгущаются…

Они наблюдали, как в кадре появилась еще одна женщина. Диалог, развернувшийся между участниками, указывал на то, что она застукала своего любовника и лучшую подругу. Стычка оказалась яростной.

— Не думаю, что это искусственная кровь, — прошипела Алтея сквозь зубы, когда первую женщину изо всех сил ударили в лицо. — И я не думаю, что она ожидала этот удар.