— Как они вооружены?

— Полагаю, лучше нашего. Они же преступники. — Элдон усмехнулся. — А ты, Дарилл?

— Есть кое-что, чего мы не учитываем. — Ловен наклонился через стол к Элдону.

— Да?

— Исмаэль.

— А что с ним? — Элдон нахмурился.

— Ты же не будешь передавать его Букману?

— Мы собирались.

— Но этого нельзя делать. — Ловен отрицательно покачал головой.

— Почему?

— Ты не имеешь права использовать его как разменную монету. Он очень ценный подозреваемый. — Ловен говорил в нос, что делало его речь похожей на раздражающий писк москита в бессонную ночь.

— И что ты предлагаешь?

— Взять автомобиль с тонированными стеклами. Посадить туда манекен.

— Манекен? — Элдон посмотрел на Ловена, словно тот сморозил какую-то чушь на иностранном языке. Его бородавка стала малиновой.

— Ты подставишь ключевого подозреваемого под огонь преступников? — спросил Ловен.

— Да, а что?

— А соглашение, которое вы ему предложили?

— Какое соглашение, Дарилл? — воскликнул Элдон. — Я не предлагал ему никакого соглашения.

— А окружной прокурор и адвокат Исмаэля? Разве на сегодня не предполагалась встреча с ними?

— Предполагалась, но ситуация изменилась. Исмаэль заговорил. На магнитофон.

— А расследование?

— Нет больше никакого расследования, Дарилл, — холодно промолвил Элдон. — Началась война. Они задели одного из нас, и мы убьем их всех. Совершим правосудие в самой простой и эффективной форме. Никто не смеет трогать моих людей и после этого жить как ни в чем не бывало. И еще прими во внимание вот что, Дарилл. Исмаэль ведал деньгами Букмана. И потому он не меньший подонок, чем его босс, даже если вместо пистолета он держал авторучку и калькулятор. Что мы всегда слышим от мрази из гетто? Что у них «никогда не было выбора». Они не ходили в школу, не видели отца или матери, не имели возможности вырваться из этой жизни и так далее, так что единственное, что им оставалось, — выйти на большую дорогу грабить и убивать людей. На это покупаются многие либералы. А вот я нет, хотя в этом и есть доля правды. Ну давай предположим, что тут все чистая правда. Какие оправдания у Исмаэля? Да никаких. Он имел возможность и получил образование, у него были родители. Он имел возможности, но пренебрег ими. Сделал неправильный выбор. Так пошел он к черту!

— Мы намеренно подставляем подозреваемого под удар, — настаивал Ловен.

— Немного поздновато для тебя, Дарилл, изображать образец добродетели, — проворчал Элдон, и Ловен поморщился. — Исмаэль сейчас уже не подозреваемый. Он признан виновным. Он признался. Все подписано и скреплено печатью. Исмаэль помогал управлять наркоимперией, ворочающей миллионами. А программа Лимон-Сити, которую он представлял? Из-за нее убили людей, его хороших знакомых! Причем всех до единого, Дарилл, включая детей. А младенцев эти изверги вуду забрали, и неизвестно, что с ними сделали! Так избавь меня, пожалуйста, от своего благочестия! Промой мозги и приведи их в порядок!

Макс взглянул на Джо: тот усмехался и качал головой.

— Кого ты защищаешь, Дарилл? Похищенную ни в чем не повинную женщину или какого-то преступника, чья жизнь не стоит и секунды ее жизни? Мы тут собрались, чтобы возвратить ее и Макса живыми. Это все, о чем ты должен сейчас думать. Если же ты собрался читать нам лекции по этике, тогда убирайся, ты нам не нужен! — Последние слова Элдон выкрикнул, его индикатор настроения сделался темно-бордовым.

Элдон и Дарилл смотрели через стол друг другу в глаза. Плечи у обоих были напряжены. Дарилл будто хотел найти какой-нибудь повод ударить Элдона. А тот словно собрался задать ему трепку. В комнате повисла тишина. Ее нарушил Элдон:

— Ты с нами, Дарилл?

Ловен не ответил.

— Ты с нами, Дарилл? — повторил Элдон. Его нижняя губа дрожала. Никогда прежде Макс не видел его таким взбешенным.

— Я могу привести двадцать пять человек, — тихо произнес Дарилл и откинулся на спинку стула. Он был рассержен, но повержен.

— Спасибо, Дарилл, — усмехнулся Элдон.

— Кто руководит операцией? — спросил Макс, возвращая собравшихся к текущим делам.

Элдон повернулся к нему:

— Я.

— Ты? Когда ты в последний раз руководил тактической операцией?

— В восемьдесят первом году. Координировать станет Джед, но я буду рядом. А ты? Поедешь один?

— Да.

— Нет, Макс, так не пойдет, — возразил Джо. — Я отправлюсь с тобой.

Макс отрицательно покачал головой:

— Я уже получил хорошую возможность потерять одного близкого человека. Не хочу умножать количество на два.

— Ты никого не потеряешь, — настаивал Джо. — Я втянул тебя в это, я и вытащу.

— Он прав, — кивнул Элдон, не глядя на Джо. — Вместе попасть в ад веселее.

Утром Кармин проснулся и увидел Соломона. Он стоял около кровати. Его слегка освещали тонкие полоски света, пробивающиеся сквозь щели в ставнях. Они падали на его темно-синюю рубашку и частично на лицо. В другое время Кармин, наверное, постарался бы внимательно изучить лицо Соломона, посмотреть, насколько он изменился, но теперь его больше интересовало то, что Соломон держал в руках. Снайперская винтовка, с которой Кармин охотился на аллигаторов с Сэмом. Она хранилась в магазине.