— Не трогайте, — услышала Бренди, как Мэгги Беллоуз увещевала мальчиков, и снова сосредоточилась на магазине и своих покупках.

Вошла Дейни, возвестив о своем приходе звоном колокольчика. После краткого разговора с Мэгги в наступившей тишине, тем громче показался Бренди шум. Она коснулась висков, где начиналась головная боль.

— Фургон закрыт крепко, Бренди, — сказала Дейни, проскользнув в магазин. — Этот милый мистер Уокер помог мне поднять платформу.

Бренди заметила, как взгляд сестренки упал на нож с перламутровой ручкой, лежавший на доске с сыром. Знакомый блеск замерцал в коричневых глубинах ее глаз олененка, и Бренди быстро встала между сестрой и соблазном.

Потом все произошло так быстро, что она забыла о своих опасениях по поводу интереса Дейни к ножу для резки сыра.

Лавочник вышел из задней комнаты, неся корзину с продуктами. Банка, по-видимому, с солью, бывшая наверху, упала и разбилась.

Меньший из мальчиков держал руку на одной из банок с конфетами, стоявших на полке. Бренди увидела, как его спина выгнулась, а глаза закатились. Мэгги Беллоуз вскрикнула, и Бренди резко обернулась к ней. Банка, которую трогал мальчик, и стоявшая рядом соскользнули с прилавка, Когда мальчик в конвульсиях упал на пол, его мать бросилась на колени рядом с ним, банки с конфетами опрокинулись, и сладкие шарики и мятные палочки разбились на острые сахарные осколки.

Дейни удивленно вскрикнула. Бренди подбежала ко второму мальчику. Тот стоял посреди хаоса с безумными от страха глазами. Подхватив его на руки, девушка подняла его над разбитым стеклом и передала сестре. Потом опустилась рядом с бьющимся в судорогах ребенком.

— Позовите доктора! — крикнула Мэгги. Ее лицо было мертвенно-белым. — Быстрее!

Лавочник бросился к двери, и Бренди видела, как он бежал по улице, отчаянно махая паре, стоявшей неподалеку.

— Могу я помочь? — спросила Бренди, отшвыривая разбитое стекло и рассыпанные конфеты. Она вытащила носовой платок, сложила его в несколько раз и взяла мальчика за подбородок. Раздвинув плотно сжатые губы, она с трудом засунула ткань между его стиснутыми зубами.

— Дэвид, — нежно проворковала Мэгги, кладя хрупкие плечики мальчика к себе на колени. — Дэвид, лапочка, это мама. Ты слышишь меня? Все хорошо. Все хорошо.

Припадок длился не больше минуты, но натянутые нервы Бренди буквально трепетали. Колени дрожали, сердце колотилось. Было ужасно смотреть, как крохотное личико искажается жуткими гримасами. Она подняла глаза на Мэгги и увидела, что женщина страдает вместе со своим ребенком.

В магазин вбежал доктор, вызвав оглушительный противный звон колокольчика. Он раздраженно посмотрел на группу на полу и, прежде чем присесть на корточки, подтянул штаны.

Из своей сумки он достал флакон и капнул из него несколько капель в рот мальчика. Вытащив какую-то штуковину, похожую на нечто среднее между капканом на медведя и намордником, он стал надевать ее на маленькую головку.

— Прекратите! Что вы делаете? — вскричала Бренди, потянувшись к этому орудию пытки.

— Не вмешивайтесь, молодая леди, — приказал доктор. — Я пытаюсь удержать мальчика, чтобы он не откусил язык. Такого рода больные могут причинить себе большой вред.

— Нет, — сказала Бренди, снова тронув его за руку. — Вы не должны делать этого. Носовой платок помогает не хуже, можно и деревянную ложку.

Бренди повернулась к матери ребенка, но с приходом доктора Мэгги неподвижно сидела на полу, завернувшись в свои юбки.

Доктор надел металлическое устройство на голову мальчика, поместив между его зубами обитую кожей скобу, несмотря на то, что припадок уже закончился.

Маленькие глаза прояснились, потом закрылись. Щуплое тельце обмякло.

— Я говорил вам раньше, Мэгги, что мальчика надо увезти, вы не можете оставлять его при себе. Что вы будете делать, когда он подрастет? Он причинит вред или себе, или кому-нибудь еще.

Женщина рыдала, сидя посреди страшного беспорядка, причиной которого был ее мальчик. Она не отвечала, только отводила легкие волосы с его лба через решетку маски.

Доктор поворчал и встал.

— Отвезите его домой, — сказал он. — Привяжите к кровати, как я вам показывал.

Бренди задохнулась от ужаса, переводя глаза с ангельского личика ребенка на мрачное лицо доктора.

— Чей это фургон на площади? — спросил доктор, оглядывая магазин.

Бренди в тревоге подняла глаза:

— Мой.

Доктор нахмурился и какую-то секунду пристально рассматривал ее.

— Простите, думал, что это кого-то другого. — Он покачал головой.

Бренди увидела, что глаза его затуманились, и неожиданно он смутился. Его взгляд метался по магазину в поисках чего-то, потом упал на парочку, стоявшую у двери, и тут же прояснился.

Только сейчас Бренди заметила шерифа и Сюзанну, стоявших в дверях рядом с лавочником. Ее глаза встретились с изумрудными глазами, потемневшими от раздражения, и ее озабоченность странным поведением доктора улетучилась.