– Насыщенный денек выдался, – пробормотал я себе под нос, перед тем как уснуть. – Порезвились на славу… долго о нас вспоминать будут. И что еще ждет всех впереди?

Утро не принесло с собою ни малейших изменений. Войско противника продолжало располагаться на прежних рубежах, разве что немного увеличившись в размерах – по всей видимости, за время нашего отдыха подошло подкрепление. Находящиеся на стенах солдаты из городского гарнизона и народного ополчения смотрели на плотное кольцо осады без ожидаемой обреченности. Это меня так заинтересовало, что я решил немедленно вопрос провентилировать.

– А с чего нам штаны марать? – пожал в ответ плечами бородатый мужичок; он закидывал в большой котел куски желтоватой смолы и заливал их тягучим маслом. – Не впервой от разных душегубцев отбиваться. Пару штурмов отобьем, месяц в осаде посидим, а там и врагам надоест – время терять и жалованье наемникам платить.

– А самим выйти в чистое поле и ворога грудью встретить? – влез в разговор наш боевой богатырь.

– Зачем? – удивился мужик. – У нас силы для боя в поле нет – вмиг сомнут. А вот сидя за стенами, еще и с большими армиями справлялись. Небось после купания в смоле не очень-то захочется вновь по лестницам карабкаться.

Мужик похлопал ладонью по пузатому боку медного котла. Покончив с его наполнением, он отряхнул руки от налипших комочков смолы, присел на корточки и принялся засовывать под котел пучки тонкой лучины, намереваясь запалить огонь.

– В сидении за стенами нет воинской славы, – нахмурился Илья, положив руку на рукоятку булавы.

– А нам не слава нужна, – не оборачиваясь, отрезал мужик, – а жизни наши и наших близких.

– А вон там что за штуки такие стоят? – поспешил я уйти со скользкой темы. – Вчера их вроде бы не было.

Мужик распрямился во весь рост, посмотрел, куда я указывал.

– А-а… Это катапульты, баллисты, требушеты. Осадные орудия. Вот с ними будет жаркое дело. Никогда их столько вороги не привозили, а тут еще и в одном месте разом собрали. Чую, штурм будет на нашей стене. Сначала камнями попробуют зубцы разбить и башни продырявить, чтобы нам от их стрелков негде было укрываться, а потом и полезут. О, чтой-то я разболтался, а огонь плохо разгорается. Вы идите, идите по своим делам, а то отвлекаете только.

И верно, нечего мешать людям заниматься важным делом. Нам и самим не мешало бы прояснить свою судьбу, а то сидеть месяц и ждать момента, когда осада будет снята, никому из нас не улыбается. К тому же может статься, что и месяцем тут не обойдется.

Вопрос надо было решать срочно и только у коменданта. Воитель отыскался на тренировочной площадке городской стражи, где он что-то вдумчиво объяснял нескольким десяткам мужиков в кожаных нагрудниках, с короткими, но увесистыми боевыми топорами на поясах. При нашем приближении он замолчал и вопросительно посмотрел на меня.

– Утро доброе, – приветствовал я коменданта.

– Не такое уж оно и доброе, – поморщился воитель. – Чего надо?

– Желаем покинуть ваш замок и как можно скорее, – не стал я искать обходные пути. – Не можем мы тут сидеть и ждать, когда осада будет снята. У нас каждый день и час на счету. Может быть, выпустите нас через тайную калиточку, а?

– А если вы попадете в руки врагов? – нахмурился комендант. – Тогда наша тайная калиточка станет не такой уж и тайной.

– А вы нам глаза завяжите.

– Не мешайте мне, – буркнул комендант, возвращаясь к своим воинам. – Могу вас только с бойцами отправить, когда они громить катапульты пойдут. А там, как сами справитесь, – ускользнете от врагов, значит, ваша взяла.

– Не, – помотал я головою, отказываясь от подобной перспективы, – для нас это неприемлемо.

– А почему мы не можем пойти вместе со всеми? – обратился ко мне Илья, когда мы отошли от коменданта на порядочное расстояние и присели на песочек на берегу пруда. – Ты у нас бессмертный, я – богатырь и боя не испугаюсь. Марьюшку за спинами оставим на Топтыгине. Вот так и прорвемся под шумок.

– Не хочу рисковать, – вздохнул я, машинально чертя подобранной веткой хаотические рисунки на песке. – От случайной стрелы никто не застрахован, а ты с Марьюшкой совсем не бессмертен.

Несколько минут мы молчали. Я перебирал в мыслях возможные способы спасения, но ничего подходящего не обнаруживалось. А на песке, подчиняясь какому-то плану в голове, нарисовался неказистый эскиз танка.

– Что это за зверь? – полюбопытствовал Илья, у которого, как и у меня, в голове было пусто насчет нужных идей.