— Но двадцати томов не хватит для реализации столь глобальной программы!

— Если читатели нас попросят — продлим «Русского сыщика» до сорокового или даже до сотоготома!

Русская детективная литература знает десятки, если не сотни авторов, которые за пояс заткнут чейзов и макдональдов с элери куинами и агатами кристями впридачу… Нет, помилуйте, я не зачеркиваю западный детектив вовсе, о его позитивном значении для мировой литературы писал не однажды. Но когда на книжных лотках вижу одного лишь чейза в компании сопутствующих ему монстров и анжелик вкупе с «Пособием для педерастов» и «Сексуальными анекдотами» — я говорю себе: налицо тщательно спланированная акция по уничтожению русской литературы, ликвидации национальной духовности.

И тогда принимаю единственно верное решение: издавать исключительно российских авторов. В Товариществе Станислава Гагарина иностранному дерьму места нет!

При этом понятие российскоепростирается для меня на всю территорию Великого Советского Союза. Иного попросту не может быть, дорогие судари и товарищи!

— Вот так во всем и для всех было бы у нас в России… Но вернемся к тем страницам, которые вы складывали в папку с названием «Гитлер в нашем доме». Что это за сочинение?

— Начну, пожалуй, с романа «Вторжение». Эта книга в двух томах уже вышла в нашем Товариществе и распространяется по заявкам читателей.

Временная линия первого сочинения продолжена романом «Вечный Жид», он днями выходит в свет. Но это отнюдь не обычное продолжение темы «Вторжения», для меня, как сочинителя, это было бы слишком просто, а заурядных задач перед собой я никогда не ставлю.

«Вечный Жид» — вполне самостоятельная вещь. Сходство его с предыдущим романом лишь в том, что здесь вновь появляется товарищ Сталин, но действует вождь вместе с Агасфером, так еще называют Вечного Жида, и основателями мировых духовных учений — Заратустрой и Буддой, Конфуцием и Иисусом Христом, Мартином Лютером и Магометом.

Великие пророки прибывают из собственного прошлого в Россию, чтобы помочь народам Великого Союза сорвать заговор черных сил Мирового Зла, имеющих целью развязывание в стране правового,так они его называют, террора.

Роман изобилует неожиданными, порой фантастическими приключениями, потрясает высотами нравственного порядка, которых достигают великие пророки и простые смертные, наши современники, которым выпало священное счастье бороться за Россию рядом с теми, кто в собственное время пострадал за человечество.

— И, конечно, как всегда в ваших романах, Станислав Семенович, бездна информации к размышлению?!

— Безусловно. Не умею писать иначе. В каждой строчке моих сочинений содержится стремление сообщить нечто новое, о чем читатель никогда прежде не слыхал, никогда раньше не догадывался. Только на подобного рода сочинения имеет право Мастер! Быть же рядовым подмастерьем или, тем более, строчкогоном-ремесленником, пресловутым волкогономконъюнктуры не желаю.

А как иначе?! Зачем становиться писателем, если тебе не о чем рассказать людям?! Я попросту обязануметь и знать больше, нежели остальные. Другого не дано!

И как могут так называемые творцы пресмыкаться перед властями предержащими, тем более, когда власть сия антинародная и глубоко безнравственная?! Тут тебя не спасет и то обстоятельство, что помещение, в котором ты занимался — или занималась! — духовным стриптизом, где состоялась групповая акция эксгибиционизма, носит имя великого музыканта. Какая мерзость!

— Полностью с вами согласен, хотя Смутное Время — эпоха посредственностей, извращенцев всех мастей и бездарных — пришмандовок,увы… Ну, а третий роман?

— Называется он «Страшный Суд» и завершает трилогию «Вожди, пророки и Станислав Гагарин». Когда работал над первым романом — «Вторжение», в котором главным действующим лицом обозначен товарищ Сталин, я не думал ни о каких продолжениях, представьте себе… Стремление продолжать эпопею Смутного Времени обусловлено и предопределено логикой развернувшихся в наши дни событий.

Странные, мягко говоря, дни августа 1991 года, столбняк, парализовавший нас в результате беловежского сговора зловещего триумвирата, стремительное превращение России в безответную служанку Мирового Капитала, обвальное обнищание русского народа, который во все века цементировал собою Великую Державу, катастрофическое вымирание населения республики — такие государственные, тектонического масштаба разломы не могли не отразиться на моем творческом восприятии.

— В ваших последних романах, Станислав Семенович, глобально и с размахом действуют не только национальные герои, но и сами боги — боги вселенского добра, которых автор называет Зодчими Мира, им противостоят космические Конструкторы Зла с их агентами влияния — отвратительными ломехузами.

Подобный расклад мы наблюдаем только у одного писателя всех времен и народов. Это Гомер с его великими «Илиадой» и «Одиссеей»! Как вы относитесь к титулу — Гомер Двадцатого века?