Молодожены стали также посещать спиритические сеансы профессора Верейского. Лиза как ассистентка, хотя при заработках Влада деньги ей были не нужны, а Влад как ее защитник и наблюдатель. Сеансы проходили гладко, больше не было никаких вспышек и потерь памяти. Лиза ассистировала, наблюдая за тем, как внук профессора Глеб погружается в транс и начинает общаться с потусторонним миром. Духи, можно сказать, выстраивались в очередь к профессору и его внуку для того, чтобы пообщаться с людьми из реальности. А еще Лиза знала, что Глеб страдает от первой любви. К ней. Но поделать ничего не могла, сама она по уши втюрилась в своего лемурийца. Глеб страшно ревновал и все искал повода, чтобы поговорить с Лизой наедине, но такого повода не было, Влад просто не оставлял Лизу одну.

В такой благодати наши герои прожили до середины июля, и тут на Лизу свалилась беда. Она начала видеть сны.

Нет, Лиза видела сны и раньше, но они были нестрашные и нетревожные. А эти…

Снилось Лизе, что идет она в одиночестве по ночному Водопьяновскому парку и выходит на некую поляну. А на поляне той собрались сатанисты, разожгли пламя, воздвигли алтарь и говорят Лизе:

— Отличненько! Тебя-то мы и принесем в жертву нашему повелителю.

— Только попробуйте! — говорит Лиза. — Я сама кого хочешь в жертву принесу!

И тут у сатанистов в руках оказываются бутылки с водой.

— Смотри, умертвие, — говорят они. — Мы не шутим. Иди с нами, иначе зальем.

И Лиза понимает, что она снова стала умертвием и что вода теперь для нее все равно что кислота. Она дрожит (в смысле Лиза, а не вода) и, повинуясь сатанистам, идет к бушующему пламени. Что удивительно, пламя не обжигает ее, оно как прохладный шелк, и Лиза уже хочет возлечь на алтарь, как вдруг слышит крик:

— Стой! Тийя, не смей!

Она смотрит сквозь пламя и видит высокого всадника на гнедом коне. За плечами всадника развевается алый плащ с белым подбоем, в руках его сверкающий меч, которым он устрашает сатанистов так, что они разбегаются.

Лиза смотрит на всадника, но не видит его лица. Вместо лица чернота, провал, пустота. И это так страшно, что она кричит. Кричит и просыпается.

— Опять? — спросил ее Влад, приподнимаясь на локте.

Они лежали в кровати в доме Влада. Лиза постепенно приходила в себя после сна. Ее окружали привычные вещи и стены. Вот комод, на котором светится бледной лампочкой ночник, вот тумбочка, на ней хрустальный стакан с водой, часы и книга. Часы показывают половину четвертого. За окнами, раскрытыми по случаю жары, светлый сумрак летней ночи. Где-то под потолком звенит одинокий комар, еще не отравленный парами «Фумитокса». Но самое главное — рядом тепло любимого тела, заботливые руки, тревожащиеся глаза.

— Малышка, как ты? — Влад погладил Лизу по лбу и почувствовал, что ладонь мокрая.

Лиза села в постели, обхватила голову руками:

— Это кошмар какой-то!

— Про всадника с пустым лицом?

— Да, я тебе рассказывала… Повторяется вот уже который раз. А знаешь, иногда снится другой сон.

— Какой?

— Будто я иду по лугу и собираю цветы. Так много полевых цветов! И вдруг вижу — спиной ко мне стоит мужчина. Я обхожу его, заглядываю в лицо — а лица нет, одна пустота и чернота. Я чувствую себя очень одинокой в этих своих снах. Скажи, Влад, а не может быть эта повторяемость снов симптомом какого-нибудь психического заболевания? Может, у меня голова не в порядке?

— Вроде нет. Но если хочешь, сходим к психиатру, моему знакомому. Вместе ординатуру заканчивали. Может, он пропишет что-то успокоительное, снотворное.

— Ой! — Лиза схватилась за горло. — Опять тошнит!

Благо к спальне была пристроена ванная с туалетом.

Лиза вскочила с кровати и склонилась над раковиной. Ее долго рвало водой и желчью. Влад встал с кровати и подошел к жене:

— Бедолага… Может, ты все-таки беременна?

— Надо проверить. У меня в комоде где-то валялся тест.

— Сейчас найдем. Ты иди ляг, не стой на холодном полу.

— Да он не холодный этим-то летом…

— Все равно.

Лиза, ослабевшая, в испарине, легла в кровать. Простыни были влажными. И так плохо, да еще тут эта жара… Мир словно ополчился против них с Владом…

Муж рылся в верхнем ящике комода, где они обычно держали лекарства и всякую бытовую мелочовку.

— Нашел, смотри-ка! — сказал он, подняв в руке палочку теста в упаковке.

Через несколько минут они с Лизой сидели и напряженно смотрели вдвоем на использованный тестер.

— Сколько полосок? — спросил Влад.

— Вроде две… — севшим голосом сказала Лиза.

— Значит, у меня в глазах не двоится! Лизочек, это значит…

— Ну вроде беременна я. Ой, Влад…

— Милая! — Лемуриец обнял жену. — Мы сегодня же утром поедем в консультацию, все проверим. Вот почему тебя тошнит. Может, и сны поэтому. У беременных всякое бывает…

— Тогда снотворное мне нельзя.

— Будешь пить отвар мелиссы и мяты, я сам тебе приготовлю. С медом. Сейчас приготовить?