— Если не трудно.

— Идем в кухню.

Лиза набросила пеньюар, который Влад обожал с нее снимать. Посмотрела на мужа. Влад был само воплощение заботливости. И все же тот, во сне, с пустым лицом, почему-то был ей гораздо ближе и роднее, чем Влад. Она боялась самой себе признаться в этом.

Они спустились в кухню. Где-то в округе драли глотки первые щедровские петухи. Светало.

— День опять будет жаркий, малышка, — сказал Влад. — Ну ничего, в машине кондиционер. Проедемся до больницы.

— А как же тебе на работу? У тебя сегодня первая смена…

— Отпрошусь. Имею право! У меня жена беременная!

Лиза тихо рассмеялась и присела на диванчик у кухонного стола:

— Даже не верится.

— Почему? — удивился Влад. Он включил чайник и принялся доставать из стенного шкафа различные травы, которыми их снабжала Юля Ветрова. — В конце концов, мы с тобой здоровые мужчина и женщина.

— Но я была умертвием…

— Ну и что? Стала ведь снова живой!

— Да. А тогда я и не думала, что когда-нибудь смогу забеременеть. Спасибо тебе, Влад.

— За что?

— За то, что ты у меня есть.

— Я сейчас разрыдаюсь просто. Так. Мята, мелисса, зверобой и пустырник. Завариваем…

— Пустырник горький!

— Я добавлю меда, сластена.

— Влад…

— Да?

— Мне кажется, к психиатру все-таки тоже надо сходить.

— Хорошо. Я договорюсь с ним. Возможно, все получится сегодня. Главное, не нервничай, Лизочек.

— Ой, не получается.

Влад заварил травы, дал им настояться, потом процедил в кружку через ситечко. Добавил мед, протянул кружку Лизе:

— Пей, малышка!

Лиза начала маленькими глотками пить горячий отвар. Сейчас, в рассветной прохладе, это было даже приятно.

— Хорошо бы это был мальчик, — задумчиво протянула Лиза.

— Ты читаешь мои мысли. Впрочем, девочка тоже неплохо. Лизочек, главное, чтобы ты была здорова и малыш. А пол — дело десятое.

— Он не будет лемурийцем?

— К сожалению, нет. Лемурийцы рождаются только тогда, когда с хвостами и отец и мать.

— Значит, не будет бессмертным. Как и я.

— У вас будет бессмертие, Лиза, обещаю!

— Но каким образом?

— Понимаешь, это трудно объяснить. Для таинства передачи бессмертия нужны как минимум три лемурийца с камнями континента.

— А разве двумя другими лемурийцами не могут быть твои родители?

— Могут. Но их еще надо найти.

— То есть?

— Мои родители — неуловимые существа. Они могут быть где угодно: в Марианской впадине, Бермудском треугольнике, на полюсах, на Бали, в Китае… Даже в Шамбале!

— Где?

— В Шамбале!

— Ах, ну да, мистическая страна…

— Вовсе не мистическая, дорогая. Шамбала существует.

— В своей диссертации я это опровергаю. Кстати о диссертации. Если я беременна, то когда же я буду ею заниматься?

— Ну зачем тебе эта диссертация, любимая? Зачем тебе звание кандидата философских наук? На полочку положить? Самое главное — мы вместе и мы будем растить нашего ребенка. Или даже не ребенка, а детей! Родим целую кучу, заберем моих родителей…

— Откуда?

— Да хоть из Марианской впадины! И будем счастливы.

— Ну тогда уж и моих родителей…

— Согласен. Устроим большой счастливый дом.

— Ох, Влад.

— Что?

— Не верится мне в большой счастливый дом. Судьба такого не позволяет.

— А мы будем сильнее судьбы, родная. Как вампиры в твоем любимом сериале «Сумерки».

— Ха-ха-ха! Ой, кстати, надо бы перечитать. Вот если положат на сохранение, буду читать «Сумерки» и Джеймса Роллинса!

— Лучше про муми-троллей. Как у Мандельштама: «Только детские книги читать, только детские думы лелеять…» А Роллинс твой пишет о насилии.

— Ты же не читал!

— Ну так просмотрел. Одни пистолеты и трупы.

— Ничего ты в бестселлерах не понимаешь.

— Ты много понимаешь, солнце мое. Ну что, допила?

— Йес.

— Тогда спать?

— Не хочется. Давай посмотрим, как солнце встает…

— Ну идем. Но только больше на крышу подниматься не будем, это последний раз. Вдруг у тебя голова закружится? Или ты на лестнице поскользнешься?