— Серьезно?

Эмили повернулась, чтобы разглядеть получше. Хижина была небольшая, но выглядела очаровательно. Огромный дуб раскинул роскошные ветви над крышей домика.

— Не хочешь посмотреть поближе? — предложил Коуди.

Хотела ли она остаться наедине с Коуди в его доме? Дрожь пробежала по ее спине. Она ответила:

— Возможно, попозже.

— Ладно. Тогда едем обедать в закусочную, куда ходят все приезжие. А потом я хотел бы познакомить тебя с Никелем.

— С буйволом Никелем, да?

— Да. Он был сиротой, мы вырастили его из теленка. Время от времени он смущается и все путает. Например, может попытаться залезть в машину.

Коуди остановился у низкого длинного здания. С одной стороны двери висели огромные рога, а с другой — табличка: «Закусочная». Припарковавшись за большим автобусом, Коуди повернулся к Эмили:

— Хочу предупредить. Все, кто здесь работают, будут рассматривать тебя. Ты это выдержишь?

— А они слышали обо мне? И что же им про меня известно?

— Они знают, что если что-нибудь сделают тебе не так, им придется разговаривать со мной. — Он подмигнул ей и открыл дверь. — Ты все равно с ними познакомишься. Какая разница, сейчас или потом? Я же знакомился с твоей соседкой по квартире. Это то же самое.

Каждый раз, когда кто-нибудь подходил к Эмили, Коуди был готов защищать ее. Он никогда и не думал, что можно до такой степени бережно относиться к человеку. Возможно, у него появилось такое чувство потому, что он сам еще мало времени провел с ней и ему не хотелось, чтобы кто-то вторгался в их пространство.

Не успели они войти в закусочную, как с ними поравнялся ковбой, видимо собирающийся уходить.

— Привет, Коуди! Кто твоя подруга?

— Эмили Кирквуд. Познакомься, Эм, это Джим Трэверс.

Джим слегка поклонился и повертел в руках шляпу.

— Рад знакомству, мадам.

— Рады знакомству, мадам, — с заискивающей улыбкой произнесли еще трое проходящих мимо ковбоев.

Эмили была смущена, отвечая на их приветствия. Коуди охватило чувство гордости.

Они приблизились к прилавку. Халпер и три его помощника раздавали еду: отличную техасскую говядину под соусом барбекю, салат из шинкованной капусты, зеленые бобы, золотистый кукурузный хлеб и чай со льдом. Коуди и Эмили принесли свои подносы к длинному столу, покрытому скатертью.

Туристический автобус готовился к отправке, и толпа приезжих направилась к выходу. В закусочной остались только работники ранчо.

Эмили сняла блюда с подноса и положила приборы на салфетку. С любопытством она изучила стоящие на столе бутылочки и баночки с различными соусами и медом. Эмили улыбнулась Коуди.

— Выглядит великолепно, — похвалила она, окуная кусочек говядины в красный соус.

— Странно слышать такое от вегетарианки. Ой, я не хотел… — виновато сказал Коуди.

Эмили засмеялась.

— Расслабься. Вегетарианкой я была вчера.

— Я рад. А еще… еще прости, что я упомянул не то, что надо.

Намазывая маслом кусок кукурузного хлеба, Эмили заметила:

— Знаешь, все было бы намного проще, если бы мы познакомились в другом месте. Например, ты мог бы прийти с заказом в нашу строительную фирму. Или я бы приехала сюда на автобусе. А сейчас мы знаем друг о друге слишком много и слишком мало.

— Я бы согласился с тобой, но если бы мы надеялись только на судьбу, могли бы вообще никогда не встретиться.

Эмили уверенно сказала:

— Если нам суждено было встретиться, мы бы этого не избежали.

Коуди внимательно посмотрел на нее.

К их столику быстрой и легкой походкой подошла миловидная женщина. Она улыбнулась Эмили.

— Привет, я Элен Джеймс, любимая невестка Коуди.

— Единственная невестка Коуди, — вставил он.

— Верно, но все же он обожает меня. — Элен одарила Коуди ослепительной улыбкой, потом снова повернулась к Эмили: — Мы раз или два разговаривали с вами по телефону.

— Меня зовут Эмили…

— Я знаю. — Элен села рядом с Коуди. — Дети мне все про вас рассказали. Кстати говоря, они просто без ума от вас.

— Я тоже от них без ума. Они очень милые детишки.

Эмили подняла голову, и радостная улыбка осветила ее лицо.

Коуди, не оборачиваясь, понял, что вся семья в сборе.

— Что вы, детишки, тут делаете? Разве я не говорила вам…

Лиана не дала Элен договорить.

— Мама, мы так хотели увидеть Эмили, — жалобным голосом сказала она.