Шрифт:
Агент стал отступать к машине.
— Я начинаю чувствовать это, мистер Джексон. Но я подумал, что вы хотели бы узнать, что ваше встречное предложение приняли, на том условии, что земля мисс Гамильтон является частью сделки.
— Моя земля? — Брук почувствовала себя так, будто кто-то обокрал ее. — Гаррет, как вы могли?
— Мы поговорим об этом позже, Брук. — Голос Гаррета был не менее мрачен, чем выражение его лица.
— Мне не о чем с вами говорить, ни теперь, ни позже! — Она резко отвернулась от него.
— Брук…
— Мистер Джексон, — прервал его агент, — я пытался дозвониться, но телефонная линия, должно быть…
— Убирайтесь! — взорвался Гаррет. — Убирайтесь, пока я не выкинул вас отсюда!
Дважды повторять угрозу не потребовалось. Брук услышала торопливые шаги торгового агента, затем шум мотора. Ей было все равно. Она знала, что Гаррет ее предал, да к тому же пошел против желания мисс Коры.
Его руки легли ей на плечи, и по ее телу прошла дрожь, но она не повернулась к нему.
— Брук, вы же знаете, что я не могу продать эту землю без вашего разрешения, — сказал он. — Она не моя. Но все остальное в Гленнхейвне — мое. Агент только пытался обеспечить для меня наиболее выгодную сделку.
— Вы обещали, что хорошенько подумаете.
— Я подумал, — раздраженно сказал он. — Я думал об этом тысячу раз. Если вы будете добры выслушать меня, думаю, я смог бы…
— Что? Убедить меня, что вы поступаете правильно? Я так не думаю. — Брук никак не могла унять охватившую ее дрожь. — Нам больше нечего сказать друг другу, — заключила она прерывающимся голосом.
— Разумеется, нам есть что сказать. — Он потянул ее к себе, пока ее плечи не уперлись ему в грудь. — Я пытаюсь сказать вам, что я решил…
— Ничего не говорите мне, Гаррет. — Она не осмеливалась слушать его, иначе она пропала, даже теперь. — Просто уходите!
— Вы этого не хотите, Брук.
— Хочу! Вы никогда не собирались выполнить завещание мисс Коры. Вы просто пытались соблазнить меня, и я… Я больше не желаю вас видеть.
Он убрал руки с ее плеч.
— Не делайте этого. Можно подумать, что речь идет только о судьбе поместья. Я хочу, чтобы вы поняли…
— Я-то все отлично понимаю! — закричала она. — Дело как раз в поместье. Вы считаете, что я не имею права стоять у вас на пути, потому что я проходимка, охотница за состоянием, втершаяся в доверие к одинокой старой женщине.
— Я так теперь не считаю. — Его лицо стало жестким. — Вы ведете себя неразумно. Я не привык, чтобы мне приказывали, и не думаю, что мне когда-либо это понравится. Поймите, что, если вы, не выслушав, прогоните меня сейчас, я не вернусь. Вы уверены, что хотите, чтобы именно так все кончилось?
— Я ни в чем не уверена, — с горьким смешком сказала она. — Только в том, что чувствую себя дурой.
Опять последовало долгое молчание. Потом он произнес:
— Кажется, дело все-таки в поместье. Пойду найду Молли.
Он ушел в дом, а она осталась стоять, стараясь взять себя в руки. Время, казалось, остановилось… и тут она услышала его быстрые шаги на веранде и заставила себя обернуться.
Он выглядел растерянным, может быть, даже испуганным.
— Гаррет, что случилось? — Она сделала шаг к нему. — В чем дело?
— Молли, — ответил он. — Брук, она убежала, и проклятый кот тоже!
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
«Проклятый кот» был Пуки, на что Брук едва обратила внимание.
— Сбежала? — повторила она. — Что это значит, Гаррет? Куда сбежала?
— Назад в дом, надеюсь. — Он взглянул на тропинку, которая вела к главному дому; на его лице читалось беспокойство.
По мере того как к Брук возвращалась способность рассуждать, ее сердце замедляло свои бешеные удары.
— Почему у вас такой встревоженный вид, Гаррет? Я уверена, что там мы ее и найдем. Не в характере Молли убегать без спроса, я уверена…
— И я так думал, пока не нашел это около открытого окна, — прервал он ее, — вон около того. — В его пальцах затрепетала ленточка, когда он указал на окно, выходившее на террасу, на которой они совсем недавно разговаривали с агентом, перед тем как накинулись друг на друга.
— О, нет! — Она смотрела на него в ужасе. — Вы ведь не думаете, что она слышала нас?