— Что вы здесь видите? — спросила Роксана, возвращая его назад, из мира грез, к этому куску дерева.

Он неожиданно рассмеялся.

— Я очень боюсь ошибиться и показать свою полную некомпетентность в таком деле.

— Я бы не хотела, чтобы вы меня разочаровали.

— Тогда скажите мне, что там видите вы.

— Для меня совершенно очевидно, что здесь два человека, обвившие друг друга, их головы сближены; возможно, они целуются, но это, как вам известно, совсем отходит от традиций балийской скульптуры.

Едва она начала говорить, как граф понял, что тоже видит как бы ее глазами, то, что скрывалось в этом куске дерева. Это было похоже на какое-то колдовство.

Граф ясно видел мужчину, обнимающего женщину, их тела слились в любовном порыве. Ему даже стали видны их головы, расположенные одна чуть выше другой.

И он снова почувствовал, что здесь была какая-то магия в том, как Роксана заставила его увидеть то, что видела сама своим внутренним взором.

И так, словно его возмутило это ее мимолетное, мгновенное превосходство над ним, граф сказал:

— Если бы мы были в Голландии, я бы сказал, что вы меня загипнотизировали, но здесь, на Бали…

Он замолчал, подыскивая подходящее слово.

— Вы просто видите это все с помощью вашей интуиции… или, может быть, вы видите вашей душой, — закончила за него Роксана.

— Вы переоцениваете меня, — запротестовал он. — И все же вернемся к началу нашего разговора. Я собираюсь просить вашей помощи.

— Чем же я могу помочь вам?

Граф помолчал несколько мгновений, затем сказал:

— Когда я приехал на Бали против своей воли и, если быть совсем честным, весьма скептически настроенным к тому, что здесь могу увидеть, я сказал себе, что все же должен попытаться понять этих людей, узнать, чем они живут здесь, понять их душу.

— Такие намерения делают вам честь. Это достойное желание.

— Но сейчас я понял, что, пока я живу в резиденции губернатора, мне будет очень сложно, даже невозможно, осуществить свои намерения, — продолжал граф. — Признаться, сегодня утром я просто сбежал самым примитивным способом еще до того, как губернатор спустился к завтраку.

— Он, вероятно, очень рассердился, не застав вас за столом, — забеспокоилась Роксана.

— Это меня нисколько не беспокоит, — высокомерно заявил граф и продолжил: — В то же время я начал понимать, что если я буду проводить все свое время встречаясь и разговаривая с голландцами и рассматривая планы усовершенствования и развития жизни острова, которые мне предлагает губернатор и которые, как я полагаю, вряд ли когда-нибудь осуществятся, то я мог бы с тем же успехом оставаться и у себя дома.

Для самого графа, раз уж ему пришлось приехать на Бали, это было абсолютно недопустимо, неважно, хотел он сюда ехать или нет.

В то же самое время он чувствовал, что сейчас эта страна заинтересовала его благодаря своей странной культуре, благодаря ее людям и благодаря Роксане. Поэтому он не собирался больше позволять губернатору водить себя за нос и делать то, что тот хочет.

— Так как я могу помочь вам? — повторила свой вопрос Роксана.

— Его превосходительство пытается заставить меня наблюдать за петушиными боями, которые никогда меня не интересовали и не интересуют сейчас, завлекает скачками на волах, которые, как я понял, должны состояться уже в этом месяце, и еще зовет смотреть… танцующих девушек.

Тон, которым он произнес последние два слова, заставил Роксану бросить на него быстрый взгляд.

— Он собирается устроить эти танцы в губернаторском доме, — закончил он.

— Значит, это будут совсем не те ритуальные танцы, которые происходят в определенное время и в строго определенном месте.

— Именно так я и предполагал, — кивнул граф.

Он не стал говорить Роксане, что губернатор специально подбирал таких девушек, которые бы покорно слушались его приказов и были бы готовы развлекать их любыми способами после того, как представление закончится.

Граф был очень разборчив в выборе женщин и довольно привередлив, к тому же он никогда, хотя в это вряд ли было легко поверить, не стремился к случайным интрижкам. Он вступал в связь с женщиной только в том случае, если она сильно привлекала его, не размениваясь на мимолетный флирт.

Даже в Париже, где он проводил достаточно много времени, граф никогда не посещал «домов свиданий», как поступали почти все его приятели. Он никогда не находил для себя удовольствия в такого сорта развлечениях, и женщины, с которыми он обычно проводил время, были всегда либо дамами из высшего общества, либо театральными примадоннами.