–  Ого!
– В голосе Стива на миг прозвучало почти уважение, впрочем тотчас же сменившееся былой нетерпимостью.
– Значит, брикеты будешь возить?

–  Буду, - сказал я сквозь зубы.

–  В золотой одежке. Думаешь, золото?

–  Не думаю.

–  А что внутри, знаешь?

–  А ты знаешь?
– спросил Джин.

–  Знаю. Металл «икс».

–  А чему равен икс в этой задачке? Чему служит, знаешь?

–  Нет, конечно. И не интересуюсь - незачем. Мое дело - охрана порядка. Все надсмотрщики рудников. Подобраны из профессионалов. Вон посмотрите - гуляют.

За два - три столика от нашей ложи шестеро мордастых, плечистых парней с бычьими шеями, лениво раскачиваясь то вправо, то влево, монотонно тянули даже не песню, а одну только фразу из песни: «Хорошо жить легко, широко… Хорошо жить легко, широко…»

–  Вот мы им и даем эту легкость и широту. Пистолет, хлыст и кредитные билеты Системы в здешнем банке. Билетов много, но и работенка не сахар. Металл «икс» радиоактивный, мощнее урана и гораздо токсичнее. Излучает и после очистки на обогатительной фабрике. Трудно тебе будет с рабочими, директор. Мрут, как в эпидемии.

–  Где же их лечат? Я не видел больницы, - сказал Джин.

–  Ее и нет. Здешние лейкозы неизлечимы.

–  Значит, крематорий или просто кладбище?

–  Зачем? А «зыбучка» на что? Недалеко, всего километра полтора. Швырнешь в лиловый песок, и затянет. Как ложку в киселе.

Дикий так и сиял, удивляюсь, как меня не вытошнило.

–  Какая гнусь!
– не сдержался я.

–  Здесь нет электронной записи, Чабби, но я могу ее заменить. Так сказать, в индивидуальном порядке.

–  Заменяй. Ты уже ползал у меня на четвереньках. Поползаешь еще раз.

–  Не выйдет, Чабби.

–  Ты думаешь?
– холодно спросил я и тем же приемом - ребром ладони - стукнул его по шее.

Он свалился тут же, хлюпнул и затих.

–  Зря ты его, - поморщился Джин.

–  Встанет, - зевнул я.

–  Кто встанет, мальчики?

Гладкая, как бильярдный шар, голова склонилась над нашим столиком. Уоррен был в замшевой курточке с золотой бляхой начальника службы безопасности.

–  Не поладили, - дернул подбородком Джин, указывая на барахтающегося под ногами Дикого.

Уоррен не спеша подсел к столу.

–  Если ты еще не в раю, Стив, вставай и не симулируй, - сказал он.

Стив Кодбюри, кряхтя, поднялся, вытер слезы и слюни и сел молча с отрепетированной поспешностью.

–  Значит, не поладили, - продолжал Уоррен, - а почему? Тебе слово, директор.

–  А что говорить?
– нехотя откликнулся Джин.
– Стив рассказал о том, как хоронят в «зыбучке» умерших от радиации. С таким увлечением рассказывал, что Чабби не выдержал.

Уоррен уже не улыбался.

–  А о чем еще он рассказывал?

–  О радиоактивном металле «икс», - вмешался я, - и о неизлечимых лейкозах, об отсутствии медицинской помощи, о массовой смертности в городе. Ну, я и наказал его как умел.

–  Правильно сделали, Лайк. Болтунов надо наказывать. Утри рот, Стив, и считай, что еще дешево отделался, - я бы наказал строже. А металл действительно радиоактивный.
– Уоррен уже адресовался ко мне, игнорируя Кодбюри.
– Работать придется в специальном скафандре, даже вам, летчикам. Кстати, вы уже были у директора порта?

–  Я просил его задержаться на день. Под мою ответственность. Надеюсь, ничего страшного, - виновато улыбнулся Джин.

–  Страшного не произошло, - отчеканил Уоррен, - но мои приказы не отменяются, господин Факетти. Никем, - подчеркнул он.
– Запомните. А вам, Лайк, надлежит явиться уже не к директору космопорта, а, поскольку я здесь, ко мне непосредственно. Уйдете на Планету не сегодня и не завтра. Пока транспорт готовится к полету и погрузка только началась, понаблюдайте за процессом подготовки рейса. Вы его хозяин - вам и отвечать. Привыкайте. А ты, Стив, - обернулся он к послушно выжидающему Дикому, - завтра же покажешь директору все его хозяйство. Оно не ограничивается, как у Лайка, одной территорией. Начните с открытых карьеров, побывайте на обогатительной. У конвейера не задерживайся - побереги директора хотя бы от радиации. Без охраны пойдешь?

–  Возьму двоих - хватит, - буркнул Стив.

–  Тогда все, - резюмировал Уоррен.
– Вам тоже не советую сидеть здесь допоздна. Денек будет шумный.

Он вышел, за ним Стив, даже не простившись с Факетти. Он, видимо, спешил объясниться с Уорреном. Джин сидел хмурый, скорее опечаленный, чем недовольный.

–  Не нравится мне все это, - сказал он.

–  А ты не складывай лапки, - усмехнулся я.
– Привыкай, присматривайся. Накапливай материал. Уоррен не Бог, да и ты не комарик. Для начала сними скрытой камерой все, что увидишь. Пригодится.