— Твою мать! — выругался он. — Дожил! Скоро лошади осмеивать начнут. Ну, чего пялитесь? Понимали бы что! Ступа, чтоб тебя, посмешищем сделаешь — разрублю на дрова и спалю к такой-то матери!!!

Явная угроза подействовала на ступу, как на мертвого припарки.

Правич схватился за края ступы, раскачивая ее из стороны в сторону. Потом наклонил ее, думая, что ступа полетит туда, куда наклонится, но она не сдвинулась с места. Правич приподнял одну ногу, опустил, приподнял другую — без толку.

— Ты меня будешь слушаться? — взревел он. Выплескивая накопившуюся ярость, Константин еще сильнее задергал ступу за борт, но добился лишь собственного головокружения. Пришлось успокоиться и вместо мускулатуры напрячь мозги.

«Что-то тут не так! — раздумывал он, вспоминая, как летал Мартин: ни словом не обмолвился, летел молча, но ступа передвигалась туда, куда ему требовалось. — Каким образом он управлял?»

— Что тебе нужно-то? — вполголоса прорычал Правич ступе. Та оставила вопрос без ответа.

Волки все еще принюхивались к лежащему без сознания Мартину. Константин отвлекся от решения проблемы с полетами, и обратился к поверженному врагу.

— Слышь, приятель, как тебя там? Как управлять ступой?

Мартин молчал.

— Да твою мать, что за день сегодня?! – сорвался Правич. — Хватит в молчанку играть! Эй, ты меня слышишь? Что за народ пошел: сплошные неженки, от одного удара вырубаются! Слышь, Мартин… О! Мартин, я обещаю вернуть меч, если ты поделишься секретом управления ступой. Честно!

Мартин лежал, не шелохнувшись. Зато волки на всякий случай зарычали на Правича.

— Заткнитесь, не с вами разговариваю! — разозлился он. — Укусите разок этого лежебоку, пусть в себя придет. Эй, Мартин, отзовись, а то улечу с мечом — будешь голыми руками от волков отбиваться! Эй! Да пошел ты к черту! Сам догадаюсь.

Волки презрительно завыли. Помощник колдуна злобно прищурился и, отрубив ветку, швырнул ее вниз, но волки отскочили.

— Лети на юг над лесом! — приказал он ступе на случай, если надо указать точное направление. Волшебные штуки имеют собственное мнение о командах, и Правич не раз сталкивался с подобным, работая у колдуна. — На восток! На запад! На север! Да, к черту… Стой!!!

Константин замер: показалось, что ступа сдвинулась с места. Секунда прошла, словно вечность, и вскоре до него дошло, что ступа просто покачнулась. Он облегченно выдохнул: как-никак, а Баба Яга официально принадлежит к нечистой силе, и кто знает, куда она летает темными ночами? Может быть, и к чертям захаживает, кто ее знает? Набьет им шишек между рогов, и со спокойной душой домой несется. А тут Правич на ее ступе появится — черти на радостях так душу отведут, что на второй молодости придется поставить крест.

Да как управлять этим бывшим поленом?!

— Мартин, чтоб тебя! — взмолился Константин. — Будь человеком хоть перед смертью! Тебе уже все равно, а мне с твоими друзьями квитаться. Как управлять ступой?

Нет ответа.

— Молчишь?… Ну, молчи, молчи… Лети, ступа, лети, черт бы тебя побрал! Лети, кому приказываю?!

Ступа висела на одном месте, словно приклеенная.

— Хорошо, попробуем иначе! — сдался Правич. Закрыв глаза, он вспомнил, как летал Мартин. Ступа не раскачивалась из стороны в сторону, значит, он не управлял ей при помощи перестановки ног. Руками тоже не управлял. Что остается? Заклинание?

«На каждое перемещение ступы, на взлет и приземление иметь по отдельному заклинанию? Нет, не то: вчера царевич управлял ступой ловко и быстро, чтением заклинаний такого эффекта не добьешься. Хм… как бы я управлял полетом? — думал он. — Чтобы легко и быстро менять направление, лавировать и уклоняться? Должно быть нечто простое… Это же волшебная вещь, она должна уметь то, что простым смертным не под силу».

— Ступа, как тобой управлять?

Наивный вопрос: подобное могут себе позволить увлеченные сказками дети, но никак не взрослые, увлеченные реальной жизнью. Ступа говорить не умеет, ждать от нее ответа — вторая молодость пробежит быстрее первой.

— Мартин! — в который раз позвал Правич. — Очнись, когда с тобой старшие разговаривают!

Мартин, как и прежде, не подавал признаков жизни. И волки не торопились его кусать — без того наелись до отвала, о еде думать тошно.

«Да что ж такое?! – негодовал помощник колдуна. — Что за неудачный день? Ступа, вверх, кому сказал?!»

И ступа взмыла над лесом, резко увеличивая скорость.

Правич возликовал, не веря собственному успеху, но тут же сжался и зажмурился: ступа с пугающей быстротой приближалась к облаку. Он ожидал удара, и был несказанно удивлен тем фактом, что ничего не почувствовал при столкновении. Только холод, усиливающийся с высотой: сильный, пробирающий до косточек ветер врывался через порванную одежду, и впивался ледяными коготками в кожу.