— Что?

— Твоя книга.

— Книга? Ах, моя книга… Мы говорим о моей книге.

Он опустил голову и глубоко вздохнул. Несколько секунд Джадд сидел молча, прикрыв глаза. Когда он снова взглянул на нее, Стиви заметила, что вокруг его рта явственно обозначились усталые складки.

— «Книга» — это чудесный эвфемизм, заменяющий выражение «куча дерьма». — Он кивнул в сторону стопки перевернутых вниз текстом страниц.

— Этого не может быть! Ты так трудился над ней. Просто не может быть, чтобы все было так плохо!

— Ну, может, и не все. Будем надеяться. — Он перевернул руку Стиви ладонью вверх и нежно провел по мозолям, оставленным теннисной ракеткой.

Стиви, которая и без того находилась в смятении, едва смогла вынести эту ласку. Ей вдруг вспомнилось, что она по-прежнему сидит на коленях у Джадда, и на ней нет ничего, кроме ночной рубашки. Она отняла свою руку у Джадда и сделала попытку встать. Он обхватил ее покрепче.

— Куда ты?

— Лягу в постель.

— Я думал, мы немного поболтаем.

— Но ты же ничего не говоришь.

— Хочешь узнать, о чем моя книга? — грустно спросил Джадд. — Хорошо, я расскажу.

— Я…

— Тише. Ты все время пыталась разведать, что я такое пишу, так вот теперь сиди и слушай.

В другое время Стиви непременно возмутилась бы. Джадд бессовестно преувеличивал. С тех самых пор, как он сказал, что писатели не имеют обыкновения рассказывать о книге, над которой трудятся в данный момент, Стиви старалась не приставать к нему и не задавала лишних вопросов. Она только изредка интересовалась, как продвигается «работа». Но, видя, что Джадд горит желанием с ней поделиться, она не стала спорить, послушно уселась обратно и приготовилась слушать.

— Так вот. Роман начинается с детства главного героя.

— Значит, он мужчина.

— Да, мужчина.

— Понятно.

— У него было довольно обычное…

— У него есть имя?

— Пока нет. Ты так и будешь меня перебивать? Если ты собираешься…

— Молчу. Ни слова больше.

— Большое спасибо. — Джадд перевел дыхание, открыл рот, закрыл и уставился на Стиви. — На чем я остановился?

— Мне дозволено сказать? — невинно спросила Стиви. Джадд метнул на нее убийственный взгляд. — «У него было довольно обычное…»

— Ах да. У него было довольно обычное детство. Мама, папа, небольшой домик в пригороде, школа, друзья… Словом, типичная картина. Ему всегда нравилось заниматься спортом. Любым спортом. И в любом виде спорта наш герой делал успехи. Однако в старших классах он стал отдавать предпочтение бейсболу. К выпускному классу у него в кармане уже были приглашения от нескольких серьезных университетов. Ему предлагали стипендию за то, что он будет играть за университетскую бейсбольную сборную. Он выбрал один из университетов и поступил туда.

В первый же учебный год к нему подошел скаут одной профессиональной бейсбольной команды и предложил неплохой контракт. Это было чертовски соблазнительно. Все тренеры парня, да и вообще все вокруг, твердили ему, что нужно хвататься за это предложение. Убеждали, что у него есть все данные для того, чтобы пробиться в Высшую лигу. И, несмотря на это, наш герой решил, что он все же останется в университете и закончит его. На тот случай, если карьера в бейсболе вдруг не задастся.

Итак, он продолжил учиться, и, как читатель увидит дальше, это было одно из самых дальновидных его решений. Поскольку науки парня интересовали не особенно, в отличие от бейсбола, ему было, в общем, все равно, в чем специализироваться, и он пошел по пути наименьшего сопротивления.

Физика и математика ему не давались совершенно, и экзамены по этим предметам он сдал с грехом пополам. Но в таких дисциплинах, как английский и история, наш герой неплохо преуспел. Друзья говорили, что у него явные способности к языку, он легко управляется со словами и у него недурной слог. Неудивительно, что в качестве профилирующего предмета он выбрал филологию, а вторым по значимости курсом стала журналистика.

К моменту окончания университета его агент уже вел переговоры с тремя бейсбольными командами Высшей лиги. Наш парень думал, что ничто в мире не может ему навредить, что он неуязвим. Будущее представлялось ему огромной яркой солнечной системой, в центре которой находился он сам — солнце. Все в жизни было прекрасно: сплошные вечеринки, непрекращающееся веселье, красотки, которые добивались его внимания, и прочее, и прочее.

Джадд умолк. Некоторое время он задумчиво смотрел на чистый лист бумаги, вставленный в пишущую машинку.

— И вот, наконец, ему предложили контракт его мечты. Семизначная цифра, срок — пять лет. Сказка, а не контракт. И этот клоун отправился праздновать это дело вместе с друзьями. Они задумали провести целый уик-энд, катаясь на водных лыжах.

Стиви прикусила губу. Она уже жалела о том, что спросила Джадда, о чем его книга. И, тем не менее, никакая сила сейчас не заставила бы ее уйти. Ему явно необходимо было выговориться. Несколько раз Джадд терпеливо выслушивал ее излияния, и настало время отплатить ему за доброту.