Собеседником Шварца оказался сухопарый мужчина лет пятидесяти. Он был облачен в недорогой костюм, какие носят мелкие чиновники, и столь же неказист был его галстук. Взгляд у мужчины был плавающий – не перехватишь, как ни старайся.

– Константин Федорович, – представился он.

В офисе, как показалось Шварцу, было безлюдно. Даже секретарши не было в приемной. То ли день рабочий уже закончился, то ли осторожный Константин Федорович на всякий случай выпроводил нежелательных свидетелей. Шварц успокоился, и к нему вернулась утраченная было уверенность.

– Я слушаю вас, – сказал Константин Федорович, и взгляд его поплыл по кабинету, не останавливаясь ни на чем.

Шварц придвинул к себе лист бумаги, взял ручку, написал:

Развернул лист так, чтобы собеседнику было удобнее читать.

– Что там написано? – подслеповато всмотрелся Константин Федорович. – На Лисицына будет покушение? Да?

Шварц рассмеялся ему в лицо.

– Вы держите меня за идиота? Это какая-то провокация, да? – осведомился он.

Про провокацию – это на тот случай, если Константин Федорович действительно записывает их разговор. Шварц сейчас такого им наговорит, что ничего они потом не докажут. Константин Федорович все понял правильно. Усмехнулся. Точно, пишет, гад. Не такой уж это никчемный червячишко в сером непотребном пиджачке. С ним надо ухо востро держать.

Шварц написал:

Ниже добавил:

Откинулся на спинку кресла и выразительно посмотрел на собеседника. Мол, заинтересовало это вас или не будем время тратить и я пойду?

– Мне нужно позвонить, – сказал Константин Федорович. – Это займет минуту или две, не больше. Ожидайте меня здесь.

Он вышел из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Шварц тотчас схватил со стола зажигалку, которую давно заприметил, и поджег бумажный лист со своими каракулями. Дал ему сгореть, потом положил между двумя чистыми листами бумаги и скомкал, превращая в труху. Вот так! И никаких следов!

Константин Федорович отсутствовал минут пять. Шварц уже занервничал. Наконец, собеседник вернулся. Сел на прежнее место. Их снова разделял стол. Константин Федорович обнаружил отсутствие листа с записями и сразу догадался, почему в кабинете пахнет горелой бумагой. Шварц ждал. Наверняка этот хмырь переговорил со своим шефом и получил инструкции. Теперь будет стараться вытянуть из Шварца как можно больше информации. Только Шварц им больше ничего не скажет, пока они не обсудят финансовую сторону вопроса. Все, о чем он упомянул в своих записях пять минут назад, стоит немалых денег. За бесплатно такую информацию сольет только круглый идиот. Он – хозяин положения. Он будет диктовать условия этим уродам.

– Да, это правда, – тихим голосом произнес Константин Федорович. – Китайгородцев. Шестнадцатое ноября.

Шварц не сразу сообразил, что это информация по его записям. Прямо по пунктам. Шварц почувствовал себя человеком, в ночном клубе не прошедшим фейс-контроль. Он думал, что крутой и что имеет право, а ему сказали, что он полное дерьмо. Иди, мальчик, оттянись в «Макдоналдсе», там тоже иногда бывает круглосуточно. И пускают туда всех. Даже таких, как ты. Обидно, блин. И очень стыдно. Что за непруха вдруг такая? Чем провинился Шварц?

– Но есть тема, которая действительно нам интересна, – с невозмутимым видом сказал Константин Федорович. – И вот за это мы можем заплатить. Если вы знаете, где искать Китайгородцева.

Глянул вопросительно на собеседника. Шварц собирался с мыслями. Как бы ему не лажануться снова. Сказать, что знает, – это полная туфта. Ищи-свищи теперь того Китайгородцева. Надо говорить не о том, что знает, где Китайгородцев, а о том, что знает, где тот был.Совсем недавно. И оттуда можно было бы начать поиск. Такая информация тоже стоит денег, зато ответственности никакой. Главное – не обещать, что доставит им Китайгородцева на блюдечке.

– Я видел его сегодня утром, – сообщил Шварц. – Не факт, что он до сих пор отсиживается там. Но место покажу.

– Москва? – заинтересовался собеседник.

Шварц взял выразительную паузу. Константин Федорович все понял. Точно, не дурак.

– Вот это уже можно обсуждать, – кивнул он. – Стас Георгиевич скоро будет здесь. – Поднял трубку, сказал коротко: – Зайдите.

Шварц запоздало встрепенулся. В кабинет вошли два здоровяка. Ловушка.

– Вам это ничем не угрожает, – поспешил успокоить Шварца Константин Федорович. – Мы с вами по-прежнему на равных, и мы будем с вами договариваться, а не ссориться.

Вот урод! Кого он хочет обмануть? Шварца?

Предчувствие не обмануло Шварца. Когда спустя полтора часа распахнулась дверь и в кабинет стремительно вошел мужчина в роскошном, но несколько помятом и местами даже растерзанном пальто, у Шварца сжалось сердце. Потому что вошедший окинул его таким взглядом, каким смотрят на подопытного кролика.