Шрифт:
— Я — да, — кивнула Мэри и положила ладони на руки Изабель.
— Я тоже, — поддержала Гиневра и присоединила свои руки к пожатию.
— Хорошо, потому что мне будет нужно, Гвен, чтобы ты надела корону и использовала свою власть на общее благо.
— Считай, сделано.
— Отлично. Мэри, ты не против обвенчаться с Джеймсом послезавтра?
Мэри вытаращила глаза.
— Ты шутишь?
— Нет. Ведь платье уже готово?
— Готово.
— Я позабочусь о праздничном пире, — решила Изабель, — Гвен, ты можешь заняться цветами и декорациями. Я уверена, ты украсишь холл так, что лучше и не придумать.
— О, да!
— Блестяще. Завтра время для игр нам придется потратить на разные хлопоты и уборку большого холла. Когда Мэри и Джеймс обменяются клятвами, там должно благоухать, как в весеннем саду, а не вонять, как в свинарнике.
Гиневра и Мэри кивнули.
— Мэри, боюсь, тебе придется здорово поработать завтра. Джеймса необходимо подстричь, да и Артура тоже.
— И Ланселота, — добавила Гиневра.
— И Ланселота. Хотя должна сказать, ему к лицу вихры.
Гиневра улыбнулась, радостно рассматривая накрашенные ногти на ногах.
— Да, ему они идут. Но ведь стричься совсем не страшно.
Глава двадцать третья
— Моя леди… — приветствовал Изабель какой-то мужчина.
Она стояла на коленях, отскребая пол большого холла, а он проходил мимо.
Изабель подняла голову и посмотрела на него, потом снова уставилась в пол, потом опять на мужчину…
— Джеймс?!
Он остановился, и его лицо, лишившееся бороды, слегка порозовело.
— Да, графиня.
Она вскочила и притянула к себе здоровяка.
— Джеймс! Ох, великие боги, ты только посмотри на себя!
— Я не могу, графиня, я же смотрю на тебя.
Изабель расхохоталась и отерла вспотевший лоб.
— И зачем же ты прятал такое красивое лицо за этим… за этой шерстью?
— Я… графиня, ты шутишь? Мне кажется, будто я раздет.
— Да ну тебя, Джеймс!
Без лохматой гривы и бороды он был похож на молодого Джорджа Клуни, только более мускулистого. И на добрый фут выше ростом. И вообще интереснее.
— Нет, почему ты скрывал свою красоту? Я серьезно!
Изабель искренне восторгалась и не находила слов.
— Да я не думал ни о чем таком, графиня, — ухмыльнулся Джеймс, потирая подбородок, — Но мне, в общем, нравится. Я чувствую себя как новорожденный младенец.
— Да, Мэри умеет расправляться с мужчинами.
— Ох да, она умеет. И прямо сейчас она расправляется с королем.
Изабель улыбнулась.
— Теперь и я вижу то, что всегда видела Мэри. Счастлива невеста, у которой жених такой красавец!
— Это я счастливчик, графиня.
Джеймс оглянулся вокруг.
— А какие у нее хорошенькие ноготки на ножках! — шепнул он.
— Конечно. Она и сама хороша.
На его лице появилось мечтательное выражение.
— Да… Не могу выразить, как я тебе благодарен за доброту к ней. Она просто в восторге от платья!
— Она замечательная подруга, Джеймс, лучше не бывает. Думаю, и тебе она будет надежным другом, а не просто супругой.
Он почесал затылок.
— Мы даже не знаем, как тебя отблагодарить за щедрость.
— Я хочу только, чтобы вы были счастливы. Я бы тебя расцеловала, но чтобы добраться до твоей щеки, мне понадобилась бы лесенка.
Джеймс снова оглянулся по сторонам и сказал:
— Поцелуй графини — это было бы великой честью…
Он быстро наклонился, и Изабель чмокнула его в щеку.
— Желаю тебе всего наилучшего, Джеймс.
— И я желаю всего наилучшего тебе и королю, графиня. Мне так кажется… и я знаю, что это правильное чувство… Вы с королем созданы друг для друга. Как мы с Мэри.
И он быстрым шагом направился дальше.
Она покачала головой и вернулась к своему занятию. Гиневра с несколькими служанками в это время вытряхивала пыль и грязь из связок тростника.
Впрочем, Гиневра клялась, что придумала особый способ уменьшить вонь в холле.
— Изабель!
Она оглянулась — и чуть не упала от изумления. Это был король, свежевыбритый и величественный.
— Bay! — воскликнула Изабель, — Ты, сэр, самый красивый король, каких мне только приходилось видывать.