— Принимаю твои слова за комплимент. Мне так кажется.

— Пусть будет комплимент. Мне так кажется.

— Значит, договорились. А теперь можно и повеселиться.

Веселье затянулось далеко за полночь. Вкусная еда, вино и медовый напиток исчезали сразу же, как только появлялись на столе. И в похвалу тем, кто готовил праздник, все, похоже, искренне радовались за Мэри и Джеймса. А если кто и не радовался, то, по крайней мере, не показывал этого. Изабель понимала, кого следует благодарить.

Она подошла к Гиневре — та оживленно беседовала с Дженни. Горничная королевы кивала, нервно сплетая пальцы.

— У тебя такой прекрасный голос, Дженни! — услышала Изабель, — Все будет отлично. Ты просто спой так же, как сегодня утром!

Дженни еще раз кивнула и убежала.

— Должна сказать, леди Гиневра, ты устроила с ума сойти какой хороший праздник, — сообщила Изабель.

Королева улыбнулась.

— Мы устроили с ума сойти какой хороший праздник. Я бы не справилась со всем этим без тебя.

— Или без сотни-другой помощников.

Гиневра рассмеялась.

— И это тоже.

И они стали слушать Дженни — она наконец решилась запеть. О, это было прекрасно! Изабель никогда в жизни не слышала подобного голоса. Зал разразился аплодисментами.

— Как она хорошо поет!

— Да, и знает очень много песен. Она их мне напевает, когда я купаюсь.

— Ого! Тебе повезло.

— Не спорю.

— Кстати, а что ты сказала всем работающим в замке? — спросила Изабель.

— Думаю, я понимаю, о чем ты, — задумчиво произнесла Гиневра, покачивая кубок и наблюдая, как вращается в нем вино.

— Думаю, понимаешь.

Королева улыбнулась и отпила вина.

— Я сказала о том, как рада за Мэри и Джеймса и что будет стыдно, если и все остальные не порадуются за них этим вечером.

Изабель кивнула.

— Весьма тактично. Очень хорошо, что ты это сделала.

— Это самое меньшее, что я могла сделать для них.

— Я хочу сказать… и не подумай, что я много выпила, — заговорила Изабель, — Я по-настоящему восхищаюсь тобой, Гвен. Когда ты берешься за дело, ты берешься за него не шутя.

Глаза королевы повлажнели. Она посмотрела по сторонам.

— Это не из-за того, что я много выпила, — сказала она, — Так уж оно и есть. Я понимаю, я действительно понимаю, почему Артур так увлекся тобой.

Вот как… Настала очередь Изабель смахивать слезу.

— Знаешь, что бы ни ждало нас в будущем, я надеюсь, мы всегда останемся подругами, Гвен.

— Я тоже надеюсь. Может, даже когда-нибудь побратаемся на мизинцах.

Изабель едва не подавилась вином. Когда же ей наконец удалось проглотить его, она спросила:

— А как тебе нравится прическа Ланселота?

— Он выглядит потрясающе красивым!

Да, мысленно согласилась Изабель, если тебе нравятся такие вот мальчики-херувимчики. Но вкусы ее и королевы решительно разнились. Изабель считала, что король Артур, с его суровым, но невероятно интересным лицом и зрелым телом, куда как сексуальнее. Но тут же ей пришло в голову, что понятия о мужской привлекательности у них с Гиневрой происходят вообще из разных миров.

— Да, действительно, — кивнула она.

Дипломатия — лучший способ не пострадать. А то ведь можно добиться и того, что тебе выдерут волосы и расцарапают лицо.

— А как тебе Джеймс? — спросила она.

— Кто бы мог догадаться, что он таков! — воскликнула Гиневра.

— Мэри догадывалась. Она смотрела в его сердце, не обращая внимания на внешность. Но он оказался еще и красивым.

Королева хихикнула. А потом сказала:

— Даже Мордред сегодня выглядит симпатичным.

— Ну, ему нужно еще несколько лет, чтобы превратиться в настоящего мужчину, однако и сейчас видно, что от наследственности не уйдешь. Смотрю на него — и вижу Артура.

— Что ты с ним сделала, Изабель?

— О чем ты?

— Но что-то ведь случилось. До недавних пор Мордред, похоже, ставил целью своей жизни терзать отца. И вдруг они стоят рядом, смеются и обнимаются. А сегодня утром я видела, как они устроили учебный бой на мечах. И мне кажется, это ты приложила руку к перерождению Мордреда. Или, может быть, ты имеешь отношение к тому, что у него ушиблено колено.

— Может быть, — неопределенно ответила Изабель.

Они переглянулись и захихикали. Изабель протянула королеве кулак с выставленным мизинцем. Гиневра изумленно посмотрела на него, а потом повторила жест.