— Я не хочу, чтобы тебя винили в том, чего ты не делал, Артур.

— Если так я получу свободу, чтобы жениться на тебе, то это не имеет значения.

— Это имеет значение для меня.

Он запустил пальцы в ее волосы.

— Будь оно проклято, Изабель, что еще мы можем сделать? Я не желаю скрывать свои чувства к тебе. Я не хочу притворяться, что счастлив в браке, давно превратившемся в обман.

— Измени закон, — негромко сказала Изабель, — Ты — король, для тебя это не должно быть так уж трудно.

Он задумчиво потер шею.

— Нет… это куда труднее, чем ты думаешь. Я не могу просто выхватить меч и закричать: «Я желаю изменить законы этой страны потому, что таковы мои личные цели и желания!»

— Что, это слишком безнравственно? — спросила Изабель. — Похоже, быть королем — не так сладко, как люди думают.

Артур пожал плечами.

— Полагаю, я мог бы это сделать, но это будет несправедливо по отношению к жителям Камелота. Как я буду выглядеть, если начну менять законы в угоду собственным желаниям?

— Тебя, пожалуй, назовут диктатором.

— Кем-кем?

— Злобным правителем, который меняет законы как ему взбредет в голову.

— Вот уж кем мне не хотелось бы стать!

— Артур, если бы ты был таким, я не полюбила бы тебя. Я люблю тебя именно таким, какой ты есть. Но мы обязательно что-нибудь придумаем. Мы придумаем.

«Если ты хочешь всегда быть со своим желанным, Изабель, найди способ сделать его чем-то большим, чем просто любовником».

«Но как, Хозяйка Озер? Может быть, наконец разбить каплю на ожерелье и попросить об этом?»

«Нет, Изабель, ожерелье предназначено не для этого. Слезы в нем не дадут тебе того, чего ты хочешь». «Это бессмысленно, Вивиан, и я вправе сказать тебе об этом. Так что не надо причинять мне лишних огорчений. Просто скажи, как, черт побери, мне с этим справиться?»

«Следуй велениям своего сердца, как я следую велению моего. Все со временем образуется».

Вот в этом, конечно, смысла было хоть отбавляй. Изабель встряхнула головой, возвращаясь к реальности. К окружавшей ее реальности.

— Скажи мне вот что, Артур. Почему ты задумался о разводе?

Король сел на ее кровать.

— Когда я наблюдал обмен клятвами между Джеймсом и Мэри, мне стало завидно, захотелось, чтобы на их месте оказались мы с тобой. Не пойми меня неправильно, я очень, очень рад за молодых. Но я не в силах избавиться от ощущения, что мы должны сделать то же самое.

Изабель села рядом с ним и взяла его за руку. Их пальцы переплелись.

— У меня тоже такое чувство.

— От этого только хуже, — пробормотал король.

Он ласкал ее ладонь большим пальцем, как обычно.

Изабель наслаждалась прикосновением.

— Когда я думаю о Гвен как о моей жене и королеве, когда я говорю с ней, я чуть ли не вслух называю твое имя.

— Ох, Артур!

— Это неправильно, Изабель. Все перевернулось вверх ногами. Это ты должна стоять рядом со мной. Ведь именно ты отмывала холл, раздавала распоряжения на кухне…

— Эй, притормози! Гвен работала ничуть не меньше, мы все сделали очень быстро. Так что не преуменьшай ее роль.

— Нет, я и не думаю. Гвен тоже усердно трудилась. Но ты не получила должного признания за то, что сделала. Мне пришлось позвать Гиневру, чтобы она стояла рядом. И хотя я искренне восхищен ее вкладом в дело, я знаю только то, что мне хочется видеть рядом с собой другую женщину, нет, я желаю, чтобы она стояла впереди меня, я хочу обменяться с ней клятвами, и эта женщина — Изабель. Я понимаю, что все это дурно с моей стороны, и стыжусь. Но именно это я чувствую, и самое смешное, что ты — единственная, кому я не боюсь в этом признаться. Притом что я надеюсь завоевать твое сердце. Глупо, да?

— Это так прекрасно, что лучше и быть не может.

Король бросил на нее быстрый взгляд.

— Кто из нас спятил, ты или я?

Изабель погладила его по плечу.

— Наверное, мы оба.

Она поудобнее устроилась на кровати.

— Думаю, нас привлекло друг к другу то, что мы оба были чест…

Опа! Она проглотила последнее слово. Ведь вся ее жизнь здесь была сплошной ложью.

— … что мы смогли честно признать свои чувства.

Король продолжал смотреть в пол, но усмехнулся.