Антонина Степановна Федосеева сразу ответила на телефонный звонок Баринова и согласилась встретиться, правда, после некоторых колебаний.

– А в чем дело? – опасливо спросила она.

– Нам из налоговой службы поступил сигнал, – бодро и заготовленно соврал Баринов, – надо проверить, что у вас с финансами делается. Как билеты продаются, по какой цене, кто готовит отчеты налоговикам и так далее.

– Отчеты готовлю я, – вздохнула Антонина Степановна. – Ладно, я приеду, куда скажете. Какие документы мне с собой привозить?

– Да вы не беспокойтесь, – радостно заворковал Олег, – я сам могу приехать, говорите адрес.

Минут через сорок он уже сидел в небогатом, но чистеньком и уютном жилище Антонины Степановны Федосеевой, сухощавой женщины лет пятидесяти с небольшим. Хозяйка дома угощала оперативника чаем с пряниками и охотно давала комментарии многочисленным фотографиям, развешанным по стенам и отражающим всю ее жизнь, надо признаться, довольно скудную событиями. Вот Тонечка – студентка техникума, а это она на субботнике, а это ей вручают грамоту за трудовые достижения… Олега больше интересовали снимки, на которых он заметил Андрея Филановского: одного, вдвоем с Антониной Степановной и в центре большой группы людей преимущественно женского пола. «Учитель со своими учениками», – насмешливо подумал Баринов.

Нужно было хотя бы минимально следовать легенде, поэтому он начал с финансов:

– Как оформлена деятельность Филановского? Как частная фирма?

– Предприниматель без образования юридического лица, – отчеканила Федосеева.

– Значит, отчитываетесь…

– Каждый квартал, – подхватила она. – Вот, я все приготовила, и отчеты, и платежки.

– Филановский сам оформлялся или ему кто-то помогал?

– Я и помогала. Знаете, Андрей такой беспомощный в бумажных делах, и вообще это не его забота, я на себя все взяла. Поэтому если в документах что-то не так, то с меня спрашивайте, он ни при чем.

Мужественная женщина, отметил про себя Олег, готова принять удар на себя. Небось влюблена по уши в своего гуру.

– Андрей Владимирович с самого начала платил налоги или только недавно начал? – спросил он, листая бумаги и делая вид, что вникает.

– Всегда платил, – уверенно ответила Антонина Степановна, – только был период, примерно год, когда он лекций не читал и никаких доходов не имел, тогда, конечно, не платил.

– А что так? Почему перерыв?

– Андрей над книгой работал. Знаете, у него есть брат – директор издательства, так он предложил Андрею написать книгу.

– Интересно, – протянул Баринов. – И что, написал он книгу?

– Ну конечно, она вышла. Вот! – Федосеева с гордостью протянула ему томик в серо-голубой обложке.

– Надо же, – он уважительно покачал головой. – И когда был этот перерыв?

– Два года назад. Я хочу сказать, что два года назад Андрей перестал проводить семинары, а год назад снова начал.

Ага! Два года назад, как раз когда случилась та неприглядная история с покушением на изнасилование. Затаился господин Филановский, испугался, ушел в тину, годик подождал, страхи улеглись, и он снова вышел на промысел. Пока все складывается. Интересно, эта милая поклонница-делопроизводительница знает об истинной причине, заставившей ее гуру бросить проповедовать и заняться писаниной?

– А почему именно два года назад? – невинно поинтересовался Баринов. – Ведь Андрей Владимирович свои теории давно уже развивает, чего ж он столько времени ждал? Взял бы давным-давно да и написал свой труд, тем более, вы говорите, у него брат – директор издательства.

– Ой, ну что вы, – замахала руками Антонина Степановна, – он очень не хотел над книгой работать, ему гораздо интереснее проводить семинары, общаться с людьми. Это брат его уговорил. И то сказать, Андрей наотрез отказался писать текст, так брат из издательства специально человека прислал, чтобы тот сидел и на диктофон записывал, потом запись обработали – и получилась рукопись.

– Что же получается, – Баринов недоверчиво покачал головой, – Андрей Владимирович книгу фактически и не писал, а чем он тогда целый год занимался?

– Я же вам говорю: работал над рукописью, правил, переставлял куски текста местами, дополнял аргументацию. Вы не думайте, что это просто, это очень тяжелая работа.

– Неужели этим можно целый год заниматься?

– Можно.

«Нельзя, – мысленно прокомментировал оперативник. – Просто он отсиживался в затишке. Ладно, с этим понятно, пойдем дальше».

– Кстати, Антонина Степановна, объясните мне, темному человеку, почему то, чем занимается Филановский, вы называете то лекциями, то семинарами? Насколько я помню из своего институтского прошлого, это все-таки разные вещи.

– Это в институте разные вещи, – наставительно ответила Федосеева, – а у нас это одно и то же. Андрей рассказывает о своих взглядах и отвечает на вопросы, попутно предлагает слушателям выполнять некоторые упражнения. Весь цикл в целом называется «Семинар Андрея Филановского», и он состоит из пяти занятий: вводного и четырех лекций.