— Отчего же? — возразил Майкл. — Сейчас, на волне Трионской кампании будет много прощенных.

— Не сомневаюсь, — согласился командор. — Но мне нечего делать в вашей жизни, тогда как в моей еще слишком много неоплаченных долгов. В любом случае, спасибо за предложение. А теперь, если вы не против, давайте перейдем к нашему делу.

— Хорошо, — кивнул Фь Илъюк. — Мы упустили Бергштайна. И теперь он скрылся на Фениксе. Мы не хотим привлекать сюда слишком много сил и внимания. А внутренности Феникса для нас темный лес.

— Значит, вы не хотите просто отдать мне Бергштайна? — нахмурился командор.

— Мы не можем отдать его, — качнул головой Стингрей. — Но у нас есть взаимовыгодное предложение.

— Что может быть здесь выгодным для меня, если я не смогу получить своего заклятого врага? — спросил Дикаев, не скрывая своего разочарования.

— Как знать, — начал объяснять Фь Илъюк. — Нам ведь необходимо получить Бергштайна, в любом виде. Даже диверсионной группе ставилась задача захватить или уничтожить. Единственное, чего мы требовали, так это стопроцентного подтверждения того, что цель уничтожена.

— Мы могли бы просто уничтожить весь Феникс целиком. Но, во-первых, в этом случае погибнет большое количество мирного населения. Что, впрочем, было бы вполне приемлемо, — продолжил за гурянина Майкл. — И есть второе «но». После того как Бергштайн был освобожден и покинул корабль Имперского Флота, прошло достаточно много времени, когда его перемещение никто не контролировал. А значит, уничтожив планету, мы не получим этой стопроцентной уверенности в достижении цели.

— Не очень понимаю, — покачал головой Дик.

— Все просто, — вступил гурянин. — Мы не можем быть на сто процентов уверены, что цель на Фениксе. Что, если он заготовил какой-то хитрый ход? Что, если он специально разыграл все так, чтобы мы взорвали всю планету и успокоились? Нам нужно полное подтверждение его гибели.

— Вам нужен труп? — понял командор, — Но ведь тот, кто его освободил, сейчас однозначно на Фениксе?

— Да. Ваша информация абсолютно верна, — согласился Стингрей. — Но, если произошло что-то, что заставило Челтона освободить того, ради кого он чуть раньше пожертвовал своими бойцами, почему не допустить, что это отвлекающий ход?

— Вы не верите, что Челтон мог это сделать? — догадался Хайес.

— Мы просто уверены, что на это были очень веские причины, — кивнул Майкл. — И причины эти не видны из рубок кораблей.

— И чем же я сумею вам помочь? — спросил Дик, ничего не понимая.

— Все просто, — развел руками Стингрей. — Заключим договор, сделку, как вам будет лучше это воспринимать. Вы ведь много раз бывали здесь и знаете, где может быть Бергштайн. Нам надо его найти. Вы идете с нашими ребятами и передаете им труп.

— Труп? — переспросил командор.

— Труп, — подтвердил Фь Илъюк. — Вы просто передадите нам труп Бергштайна в узнаваемом виде.

— Это действительно интересное предложение, — задумался Дикаев. — И к тому же у меня может не быть больше такого шанса. Я согласен.

— Сколько вам нужно на сборы? — поинтересовался Фь Илъюк.

— Нисколько, — поднялся командор. — Мы готовы.

Челтон залег под амбразурой дота, не в силах подняться под шквальным огнем снайперов. Они неплохо пристрелялись по проему двери и бойницам и теперь били без остановки. Такая глупая расточительность могла быть оправдана только подготовкой какой-то гадости. Неожиданно снайперы замолкли. С момента, когда профессор спустился вниз, минуло уже три с половиной часа. До исполнения обещания осталось всего полтора часа. Подобрав снайперскую винтовку и не поднимаясь, Челтон осторожно выглянул в дверной проем. И тотчас метнулся к задней стене дота.

Словно хрупкая черепица, стена лопнула, разлетаясь на огромные куски. Потолочную плиту просто унесло, — к счастью, она не раздавила сержанта своей огромной массой. «Силовая установка», — мелькнуло в голове сержанта, прежде чем мозг заволокло туманом небытия.

— Вперед! — закричали внизу. — Никто не в силах вступить в единоборство с армией! Вперед!

Пехотинцы, приободренные видом разметанного дота, поднялись в атаку, почти открыто устремляясь к пирамиде. Они слишком увлеклись борьбой с сержантом, забыв об иных опасностях. Тем неожиданнее оказались для нападающих разрывы гранат «РГО-8» и грянувший следом шквальный огонь «макфайров». Бодрый бросок сменился кровью и стонами раненых. Со всех сторон послышались призывы к медикам.

Пехотинцы попадали кто куда, хаотично отстреливаясь от хладнокровных убийц — пагров. Тем не менее, несмотря на большие потери, преимущество осталось на стороне имперской мобильной пехоты. Пагры, яростно отстреливаясь, гибли один за другим. И вот уже последнего настигла пуля снайпера. Наступившая тишина казалась гнетущей. Особенно когда вокруг лежало множество тел погибших пехотинцев.

Специалисты, обслуживающие силовую установку, которую доставили ботом и под прикрытием снайперов установили на краю посадочной площадки, настороженно осматривали поле недавнего боя. Они ничем не могли помочь своим, боясь уничтожить выстрелом больше пехотинцев, чем врагов.