— За девять дней, — поправил его Нортис, впиваясь зубами в пиццу. — И я должен тебе еще двадцатку. И скорей всего, я останусь у тебя еще на недельку. Что скажешь?

— А что тут говорить? — развел руками Рамирес. — Оставайся. В наше время и в нашем секторе платежеспособных клиентов становится все меньше. И все больше плодится нарков, воров и убийц. А правление сектора и в ус не дует! Так что — оставайся. Цена та же — десятка в день.

— Выход в сеть? — для уверенности осведомился Нортис.

— Оставлю, — махнул жирной рукой хозяин жилмода, и калека автоматически заметил, что на правой руке Рамиреса не хватает трех пальцев.

Спрашивать он ничего не стал. Молча набив в браскоме несколько команд, отправил на счет жирного Рама еще девяносто кредитов. А затем отправил вслед еще двадцатку. Наткнувшись на вопросительный взгляд толстяка, пояснил:

— Несколько суточных пайков, пять бутылок с чистой водой.

— Понял. Сейчас все закажу и отправлю тебе в отсек. С тобой приятно иметь дело, Нортис. Человек, серьезно относящийся к неоплаченным долгам, — это большая редкость в нашем городе.

Усмехнувшись, калека мысленной командой развернул гусеничную платформу и, кивком попрощавшись с Рамиресом, покатил к коридору, ведущему в его крошечный отсек.

— Нортис, — чуть помявшись, окликнул его Рамирес. — Ты вообще как? Все нормально?

Остановив платформу, юноша развернулся к толстяку и, сфокусировав визоры глазного имплантата на Рамиресе, несколько удивленно поинтересовался:

— В смысле?

— Да проходил я недавно по коридорам — обычный осмотр, ничего особенного, — а из твоего модуля то ли смех безумный, то ли плач горестный доносился. Словно гиена хохотала… мне даже жутко стало…

— Кто? Словно кто хохотал?

— Гиена. Пятнистая. Животное такое, вымершее, — путано пояснил толстяк. — Хищник и падальщик со старой Земли.

Выдержав паузу, Нортис криво улыбнулся и произнес:

— Гиена… Очень интересно… Успокойся, Рамирес, — со мной все в полном порядке. А тот смех — у меня была небольшая проблема с новыми легкими и голосовыми связками. Сейчас все нормально. Я не сойду с ума и не начну громить твой жилмод.

— Да я ни о чем таком и не думал, — замахал руками толстяк. — Просто хохот тот больно жутким был. Раз ты говоришь, что все в порядке, — значит, так оно и есть. И на этом закончим. Через полчаса тебе доставят еду и воду. Может, еще пару бутылочек пива заказать? Что скажешь?

— Спасибо, Рам. Но алкоголь мне сейчас нельзя, — ровно ответил калека.

— Ясненько. Ну в общем, скоро все доставят. А ты иди, иди — полежи чуток, отдохни.

Кивнув, Нортис вновь привел свои механические движители в действие и, шурша пластиковыми гусеницами, скрылся в коридоре, оставив жирного Рамиреса вытирать обильный пот со лба. Постоялец разговаривал вежливо, старательно улыбался, но бывалого хозяина жилмода так просто не проведешь — судя по всему, искалеченный парнишка далеко не в порядке. Слишком уж разительно отличался тот скромный и вежливый калека, от нынешнего существа, больше всего напоминающего сошедшего с ума киборга из старых добрых «ужастиков», до которых Рамирес был большим любителем.

Набрав на вирт-экране короткий номер, Рамирес сделал заказ для странного постояльца и постарался выкинуть его из головы. Во внешнем секторе не стоило слишком глубоко лезть в чужие дела — иначе на следующий день ты можешь оказаться валяющимся в гниющей куче мусора с использованным дозером в кулаке. Копы просто поставят обычный для таких случаев диагноз — передоз. Пусть Нортис всего лишь семнадцатилетний пацан, но, глядя на его застывшее спокойное лицо и мертвые визоры имплантата, Рамирес чувствовал, как его начинает бить мелкая дрожь. И еще этот странный полусмех, полувопль…

— Это не твое дело, Рам, — пробормотал толстяк. — Это не твое дело. Думай только о работе.

Наткнувшись взглядом на недоеденный кусок пиццы, Рамирес поспешно схватил его и откусил огромный кусок, не обращая внимания на капающий на комбинезон кетчуп.

Впиваясь крепкими молодыми зубами в крошащийся брикет пайка, Нортис машинально прожевывал безвкусный ком, не отрывая своих новых «глаз» от экрана терминала. Пока он договаривался с Рамиресом о комнате и пайке, поисковик уже успел закончить свою работу и вывесил на экран десятки результатов. Наскоро просмотрев длинный список, Нортис вбил в поисковую строку еще несколько слов, имеющих смысл только для него, — рыжий, пирсинг, клевая телка и секс. Возможно, ему повезет — если кто-нибудь из расправившихся с его семьей ублюдков оказался настолько глуп, что решил похвастаться своими деяниями среди сетевых друзей. Если и сейчас не удастся найти что-то подходящее, то придется вновь составлять список ключевых слов и начинать процесс поиска сначала.

Убедившись, что поисковик начал работу, Нортис свернул окно программы и, вбив короткий сетевой адрес, перешел на официальной виртуальный портал Астероид-Сити, где постоянно вывешивались объявления об имеющихся в городе трудовых вакансиях. Перечень вакансий впечатлял — более трех тысяч наименований, разделенных для удобства на категории и разделы. Опять обратившись к волшебному окну расширенного поиска, юноша в первую очередь отметил двенадцатый сектор как единственный вариант для места работы, исключил все категории работ, кроме пятой, и ткнул в клавишу ввода.