«Пушка» низко гудела, демон застрял на середине черного луча. Летунья подскочила к рукояткам, навалилась на них, но не смогла повернуть артефакт.

— Помоги мне! Направь его на «Лисий хвост»!

Это оказалось непросто. С той стороны было сильное сопротивление, и «ствол» двигался очень тяжело и медленно. Когда луч коснулся фрегата, оглушительный взрыв сотряс весь древний город. Мы с Наивой кубарем покатились по земле, спины лизнула волна горячего воздуха, в ушах звенело.

Лучи погасли, демон умчался обратно в Изнанку, которая теперь стала похожа на беснующийся штормовой океан. Она пошла волнами, изогнулась, а затем выплюнула из себя фрегат Алисы.

— Получилось! — выдохнула Наива. — У нас получилось!

«Лисий хвост» по инерции понесся вперед, точно пущенный из рогатки камень, и дал беглый залп по висящему прямо перед ним и совершенно не ожидавшему такого поворота дел маргудскому фрегату.

Ярдов на сто выше нас засвистели ядра, корабли Севера и Алисы, словно две сошедшие с ума от крови акулы, закружили вокруг пытавшегося удрать маргудца.

Пока мы возились с артефактом, Гедхер завершил бой. Ведхал лежал на земле, раскинув руки, а его штурмовая кираса была разрублена на две половины. Глаза гнома погасли.

Ог, хромая, подошел к нам. Легузамо перезаряжал пистолеты. Наива вытащила ключ из артефакта:

— Следует отнести его Северу.

— Летите, — сказал Ог. — А мы пока посторожим эту штуку.

— И то верно! — Гедхер с окровавленной секирой подмигнул мне. — Неплохо, остроухий. Наива рассказала нам о твоих подвигах. Давайте проваливайте. Порадуйте капитана.

— Я вернусь, — сказал я Огу и поспешил за летуньей.

Она безошибочно находила дорогу, сворачивая на какие-то неприметные тропинки, заросшие травой, залитые холодными лужами, петляющие среди замшелых каменных блоков.

Бой за спиной не затихал, а разгорался. Надо думать, команда «Лисьего хвоста» должна быть крепко зла за то, что ее запечатали в Изнанке. Судя по звукам — корабли расстреливали друг друга практически в упор и все больше набирали высоту.

— Как ты нашла «Гром»?

— Повезло. Ночью, когда облачность поднялась, я их засекла. Сражаться с маргудским фрегатом в одиночку мы не могли — «Гром» действительно сильно поврежден. И Север предложил выпустить из Изнанки «Лисий хвост». Мы придумали план, и, как видишь, он сработал.

— А Гедхер с Легузамо здесь откуда? Маргудцы же проверили кабину.

Она усмехнулась:

— Кабину-то они проверили, но явно забыли, что вы почтовые курьеры и в вашем стреколете есть отделение для грузов. Как раз чтобы туда поместились двое бравых вояк.

Корабли поднялись над облаками, но мы продолжали слышать грохот пушек. Я прыгнул в кабину, забрался в кресло.

— Готова, — сказала Наива сзади, и я услышал щелчок ремня.

Мы взлетели, прошли над развалинами, болотом, в котором навеки остался лежать «Каменный пень», и с виражом нырнули в облачность, отклоняясь к югу.

Когда облака ушли вниз, среди яркого неба мы увидели продолжение сражения. «Лисий хвост» и «Гром» били по фрегату колдунов из всех пушек, то и дело меняясь местами и поворачиваясь разными бортами, из-за чего получалось, что ядра сыплются на маргудцев постоянно. Ящеры попали в переплет. На баке у них полыхал сильный пожар, вот-вот готовый перекинуться на носовые надстройки, в бортах зияли дыры, из которых сочился дым, корма была измочалена попаданиями, одно воздушное колесо не работало.

Я быстро оценил обстановку:

— Садиться рискованно! Нас может задеть шальным ядром.

— Держись как можно дальше! Пока только наблюдаем!

Фрегат огрызался, пятился, но «Гром» перекрыл ему путь, а «Лисий хвост», ни на мгновение не снижая темпа стрельбы, сконцентрировал весь огонь в одной точке.

Яркая вспышка на шипастом чудовище была подобна солнцу, и я не ослеп лишь потому, что был в летных очках с затемненными стеклами. Наива тихо охнула у меня за спиной.

— Взорвалась крюйт-камера! — крикнул я. — Конец кораблю!

Огромный военный фрегат маргудцев, грозное шипастое чудовище, на глазах превращался в разорванный закопченный гроб для тех, кто сражался на нем. Там распустилось несколько алых цветков, слившихся в один огромный огненный бутон, в одно мгновение поглотивший весь маргудский флагман.

Остов корабля, объятый пламенем и дымом, устремился к земле, провалившись в облака, словно тяжелый воз под тонкий лед.

Отжав жезл от себя, я направил «Ласточку» на снижение, но мой курс пересекла череда трассеров, от которых я тут же ушел в сторону, и ни одна из огнепчел не попала в цель.