У Джерри не было кредитной карточки, но он видел карточку Ким в столе. Она оставляла ее дома специально — чтобы не поддаваться соблазну и не накупать всякой ерунды.

Вот он и сделает доброе дело — воспользуется карточкой вместо Ким и избавит ее от искушения. Джерри похлопал сам себя по плечу, радуясь блестящей идее. И подумал, что ему полагаются дополнительные баллы в послужной список.

До прихода Ким он успел заказать краску, чехлы из овечьих шкур на сиденья машины, набор картинок с изображениями лошадей, кухонную посудину, пригодную на все случаи жизни, годовой запас витаминов, медный браслет и портрет Элвиса Пресли в неоновых красках на черном бархате.

Довольный, Джерри положил кредитку обратно в стол. Вот Ким порадуется, когда обнаружит все эти покупки!

Наступила долгожданная пятница. Ким порядком замоталась и мечтала забраться с ногами в кресло, которое починил Джерри. То время, что она просидела с ним, аукнулось ей. Пришлось с головой окунуться в скопившиеся дела и вплотную заняться проектом, наконец сдвинувшимся с мертвой точки. Ко всему прочему сегодня ей даже некогда было пообедать.

Ким уже подъезжала к дому. В животе у нее урчало. Она с наслаждением предвкушала ужин, который Джерри, может быть, уже разогревает. На днях он попробовал приготовить несложные блюда в микроволновке, и они ему удались. Ким пока запретила ему включать духовку. Стоит Джерри сделать что-нибудь не так, и ее ветхое жилище враз займется как факел.

Ким вышла из машины. В это же время подъехал коричневый фургон и остановился позади. Из него вышел служащий в униформе такого же цвета и вручил ей небольшой сверточек.

Ким недоуменно уставилась на коробку в своих руках.

— От кого это? — спросила она. — Я не ждала никаких посылок.

Рассыльный пожал плечами и пошел к фургону:

— Наверное, еще один заказ для Джерри. — И, улыбнувшись, добавил: — Передайте ему, что моя жена просит рецепт того пирога для микроволновки. Я бы забрал его, когда приеду на следующей неделе.

Джерри встречал Ким в дверях.

— Ага, уже привезли. Очень хорошо.

Он хотел было забрать у нее коробку, но передумал.

— Разверни сама. Давай, давай, тебе понравится.

Ким взглянула на его ноги. Не считая гипса, они были до колен голыми.

— Что ты сделал со своими любимыми брюками?

— Теперь это шорты. — Джерри сиял от гордости, будто бы сам сшил их. — В телевизоре все носят такие. Вот и решил попробовать.

Штаны были обрезаны до колен и приспущены на бедрах. Теперь над брюками виднелась белая резинка трусов.

Джерри поддел ее большим пальцем и оттянул.

— А эти белые трусики давно уже полный отстой, — выдал он, нахватавшись жаргонных словечек по телевизору. — Ну да ладно, на днях мне пришлют настоящие мужские трусы.

Они вошли в дом. Ким закрыла за собой дверь, прошла в комнату и повалилась в кресло, ожидая, что оно привычно прогнется. Но вспомнила, что недавно Джерри починил его. Она откинулась на спинку и прикрыла рукой глаза. Трудно помнить о хороших сторонах Джерри, когда тот преподносит ей неприятные сюрпризы каждый день, едва она возвращается домой.

— Что-нибудь случилось? — наивно спросил Джерри.

Наивность. Лишь постоянно напоминая себе о его наивности, она понимала, что он не специально изводит ее.

— Случилось. Если бы ты только помнил, какие бешеные деньги заплатил за эти брюки!

Джерри недоверчиво глянул вниз на сотворенное безобразие.

— А я-то думал, они самые обыкновенные. Вот уж не знал, что кто-то разоряется на такое.

— Лучше тебе привыкнуть к ним. У тебя дома весь шкаф забит как раз такими.

Джерри — то есть Джеральд — всегда покупал самые дорогие костюмы самых известных фирм в самых дорогих магазинах. Джинсы Джеральд не носил. И вечно гордился своей безупречной, с иголочки, наружностью.

— Ну что ж, если хочешь, в выходные пойдем и купим что-нибудь на твой вкус.

Джерри заметно повеселел. Вдруг он вспомнил про коробку и пододвинул ее к Ким.

— Так ты откроешь?

Он взгромоздился на подлокотник кресла. Она потянула ленту, которой была завязана коробка, стараясь не замечать его сильное, мускулистое бедро и легкий пушок на оголившейся ноге. Пытаясь удержать равновесие, он оперся рукой о спинку кресла. Ким едва удержалась, чтобы не откинуться назад и не оказаться в его объятиях.