– Либо вы занимаетесь без меня.

– То есть все договоренности с вами теряют силу. – Голос Войцева раздался сзади меня. Оглянувшись, я увидел его, выходившего из казармы, рядом с которой и происходило действо. – Ясно?

– Ясно, – вразнобой пробурчали в ответ горе-вояки.

– Для особо тупых. – Профессор встал напротив толпы. – Договор с вами действует до момента, пока этот парень, – Войцев кивнул на меня, – не выполнит свою задачу. Так что в ваших интересах не нагнетать обстановку.

После чего профессор повернулся к командиру ватаги:

– Действуйте, план мероприятий у вас есть. Будут вопросы – обращайтесь. – И, развернувшись ко мне, бросил: – Не ты с ними, а они с тобой. Понял?

– Есть… со мной…

Кедраж – гад, всю дорогу сюда молчал, ни намека не сделал! Подставили под смертничков, а ведь сам им про штрафные батальоны рассказал, на свою голову. Быстро ребятки учатся. Значит, и я – смертничек. Получается, не ошибся в своих выводах.

Посмотрим, посмотрим, кто будет на щите, а кто под… Лично я вообще предпочитаю смотреть со стороны на такие шествия.

Между тем Войцев продолжил:

– Сегодня мы проведем небольшие учения. Чтобы, так сказать, ознакомиться с новым вооружением, которое вы будете использовать при проведении спецоперации. Ваша задача взять штурмом дом, в котором будет находиться, – тут профессор кивнул на меня, – вот этот молодой человек. Каким образом это сделаете – не важно. Сейчас вы берете учебное оружие и проводите марш-бросок, через час вы должны сделать пятикилометровый круг и выйти к штурмовой полосе. Вперед. Господин Твердлав, командуйте.

Твердлав зычным голосом отдал приказания, и штрафнички буквально через пять минут были в строю с учебным оружием, полностью экипированные для военных действий.

С удивлением я увидел, что во второй шеренге находится с десяток гномов и эльфов. Интернационал!

– Андрей! Готов? – обратился ко мне профессор.

– Всегда готов.

Еще бы, все утро только и занимался, что готовил учебные мины и гранаты.

– Действуй.

Оглядев местность, в первую очередь заминировал места, наиболее удобные для снайперов. Далее повторил эту процедуру с окнами и дверями, то есть с теми местами, откуда легче всего проникнуть в здание. В помещениях развесил растяжки и с чувством выполненного долга поднялся на чердак. Оборудовал себе несколько позиций. Вряд ли я выдержу штурм, но проредить атакующих смогу основательно.

Вот уже и час прошел, а штрафничков все нет. Странно. Внезапно раздался хлопок. Оп-па. Кто-то нарвался на мину, вскинул винтовку, точно, двое бойцов сидят и трясут головами. Хитро, не стали в открытую переть, решили тихой сапой взять.

Начал наблюдать за раскинувшимся полем. Тишина, и никого на горизонте. Если это и штрафники, то более чем профессиональные. Еще хлопок, уже слева. Еще один боец выбыл.

С трудом заметил ползущих ко мне. Грамотно оцепили, не оставив и лазейки. Но и мины не сахар, пока на расстояние метров в пятьдесят подобрались, еще пяток бойцов, ковыряясь в ушах, отправились к казарме. Итого мы имеем двадцать пять человек. Размахнувшись, метнул в сторону троих подобравшихся на дистанцию броска бойцов гранату. Бац! Вычеркиваем. Кидаю еще парочку гостинцев, минус пять.

Не выдержав, штурмующие бросились в атаку. Загрохотали милые моему сердцу хлопки. Но ребята упертые попались, прошли в дом, и тут настал им песец. Одно дело на открытом воздухе шумовая граната, другое в закрытом помещении. Короче, до входа на чердак никто не добежал, а я, выпрыгнув на улицу, дал две очереди из автомата вверх.

– Все свободны, все убиты.

– Так не бывает, – заявил Твердлав.

– Почему? – спросил я его и потряс головой, гул в голове стоял неслабый. – Еще на подходе вы нарвались на мины и выдали себя, я находился на чердаке с автоматом и винтовкой, в защищенной и оборудованной позиции. Значит, еще пяток бойцов снял, до того как они смогли подбежать к дому. И это при условии, что минное поле неуправляемое, если бы у меня был еще час, то маленький конец света я бы вам обеспечил.

Разговор прервал Войцев.

– Думаю, всем понятно, что вся ваша крутость сдуется без использования новых разработок. Уверен, в будущем это всем очень понадобится, а Андрей лучший специалист по их использованию, имеющий значительный боевой опыт.

– Предупреждать надо, – раздался голос из толпы. – Они не магичные, мы их не могли заметить!

– Предупредил. А по поводу заметить, никто косвенные признаки засады не отменял!

– Твердлав. – Сначала я не понял, что именно имеет в виду командир, но потом увидел протянутую мне ладонь.

– Андрей Острогин. Арн-Острогин.

На миг мужчина замер.

– А виконт Арн…

– Мой приемный отец.

– Извини. Слышал о его гибели. Уважаемый был человек.

– Спасибо, – поблагодарил я Твердлава за сочувствие.

– Группа! – дал команду Войцев, прислушивающийся к нашему разговору. – Строиться на обед.

Бойцы с шутками построились, и я вместе с ними двинул в столовую.

Тренировки, учеба и опять по замкнутому кругу – летит время, летит. Вот и экзамены прошли, жаркая была пора. Осталось доучиться последний курс Академии, и из меня выйдет полновесный Серый Страж. В ближайшие месяцы меня ждет практика и каникулы – обожаю это халявное время. С сегодняшнего дня я официально считаюсь младшим рыцарем, что примерно соответствует званию младшего лейтенанта, ну или старшего в армейских частях Земли. Забавно, так же, как и у нас, здесь сотрудники спецслужб оценивают себя выше простых вояк. Наверное, это у них в крови. Нужно отдать должное, что подготовка Стражей на уровне взвод–рота превосходит местные армейские стандарты, и это несмотря на другую специфику работы. Любой рыцарь может спокойно руководить военными подразделениями, законы это позволяют, но в силу определенных местных традиций – такое здесь не принято.