Шрифт:
Я вздыхаю, так как ожидал совсем другого. Ким икает и улыбается. Весь его стол завален бумагами. Он отодвигает несколько стопок в сторону и достает книжку в мягкой обложке. «Искусство стратегии: новый перевод „Искусства ведения войны" Сунь-Цзы».
— Это тебе в подарок, — говорит он, протягивая мне книгу — Новый перевод, очень хороший, сидеограммами. Тебе понравятся советы Сунь-Цзы. Один из лучших китайцев. Можно начинать читать с любого места. Вот, например… — Он наугад открывает книгу и не глядятыкает в страницу пальцем, попадая на следующую строку: «Стратегия позиционирования не согласуется с реальностью и прокладывает путь через иллюзии». [21] — Бери, — повторяет он.
21
В оригинале книга написана с помощью идеограмм, лаконично формулирующих основополагающие законы, пригодные для всеобщего употребления. Поэтому английские издания сильно разнятся между собой.
В переводе Томаса Клири это место звучит следующим образом: «Войска должны быть выстроены таким образом, чтобы избегать полноты и наступать на пустоту». В, Г. Лиддл Харт в своей «Стратегии» цитирует перевод Сэмюзля Гриффита: «Путь заключается в том, чтобы избегать сильных мест и наносить удары по слабым».
Наверное, именно эта пророческая расплывчатость дает возможность каждому читателю толковать мысль по-своему делая эту загадочную восточную философию уместной для любого случая жизни, — так же как при чтении гороскопов читатели всегда будут выбирать то, что годится им.
— Спасибо, — отвечаю я, не в силах отказаться от такого подарка.
Одним глотком он допивает остатки пива и смотрит на меня так, словно я, не допивая, оскорбляю его в лучших чувствах. Затем он забирает у меня бутылку, отставляет ее в сторону, и мы возвращаемся в зал.
Ким хлопает в ладоши, и все оборачиваются. Ким указывает на высокого тощего негра с бритой головой, с которым я едва знаком. Он называет его Ястребом, прямо как в телешоу. Более того, тот утверждает, что служил прототипом для этого персонажа. Но думаю, он врет.
— Ястреб, позанимайся с Джо. Контакты только легкие, — говорит Ким.
Ястреб обращает на меня неприязненный взгляд. Я поворачиваюсь к Киму. Я не готов к этому. У меня в животе плещется пиво.
— Ну что, братишка, начнем? Или ты хочешь получить от меня подзатыльник? — спрашивает Ястреб.
Я оборачиваюсь, и мы находим место на татами. Остальные автоматически расступаются, пропуская нас вперед. Мы кланяемся друг другу, и я чувствую, как внутри у меня переливается пиво. Мы встаем в позицию и начинаем.
Ястреб первым наносит удар. И я тут же понимаю, что он владеет этим искусством лучше, чем я. Он быстрее, сильнее и изощреннее. В тейквондо используются удары, требующие большой физической силы, и, чтобы правильно их выполнить, надо обладать большой подвижностью и гибкостью. Так что он опережает меня уже в силу своего телосложения, и вскоре оказывается, что удары наносит только он.
Я ставлю блоки, пытаясь защитить наиболее уязвимые части своего тела — глаза, горло, живот, лодыжки, и подставляю ему руки и плечи. Однако ему удается провести один увесистый удар, и он попадает мне в живот. Я отступаю, чувствуя вкус поднимающегося к горлу пива.
Легкий контакт оказывается не таким уж легким.
Мастера боевых искусств считают, что боль — лучший наставник. Так же думают инструкторы в десантных войсках. Этой же точки зрения придерживаются многие родители. И должен признаться, что, по мере того как меня избивают, я становлюсь все более сосредоточенным и бдительным. Я начинаю отчетливее видеть Ястреба и понимаю, что, как только он почувствует собственную безнаказанность, он нанесет удар со всей силы. Он не удовлетвориться одной демонстрацией. В глубине души он полон высокомерия и ярости.
Я пытаюсь атаковать. Он ставит блок и левой наносит мне удар по шее. Я не успеваю закрыться. Его удар гораздо сильнее, чем следовало бы. Я отступаю, и он пытается ударить меня в живот.
Он бьет со всей силы.
Я подставляю бедро, и оно тут же немеет от удара. Ястреб это знает. Я вынужден двигаться еще медленнее, чем вначале.
Он продолжает наступать, нанося удары в той же последовательности с небольшими вариациями, Удар рукой, в данном случае в глаз, должен заставить меня отступить: за ним последует удар ногой. И на этот раз я понимаю, что он ударит меня по колену. Естественно, это понимание приходит не на уровне слов — пока оно обретет словесную форму, удар уже будет нанесен. Это мгновенное, яркое и красочное ощущение, которое я не смог бы выразить словами.
Если он нанесет мне удар по колену, я подучу травму. Значительную или незначительную — это уже не имеет значения. Главное, что схватка будет закончена. После чего он принесет мне фальшивые формальные извинения.
И поэтому, вместо того чтобы отступить, я делаю шаг вперед, подставляя подудар голову Этот финт представляет опасность для обоих. Если я ошибусь в долях секунды, а он будет точен, я подучу удар в глаз. С другой стороны, лоб — довольно жесткая поверхность и бить человека по голове опасно. Если он изо всех сил ударит меня по лбу, то рискует сломать себе пальцы.
Он пытается изменить направление удара, но в полной мере ему это сделать не удается, и он попадает мне в надбровную дугу. Кожа лопается, и глаз заливает кровь. Выглядит все очень живописно, однако на самом деле травма незначительная. И Ким не останавливает схватку. Более того, мне кажется, что я различаю звук его хихиканья. Впрочем, я настолько сосредоточен, что у меня нет возможности в этом убедиться.
Боль в руке сбивает ритм Ястреба. А я продолжаю держаться.
И тогда уготованная мне засада превращается в мое преимущество — хотя Ястреб еще этого не понимает. Возможно, потому, что его пьянит вид моей крови.