Шрифт:
Баруссио хотел повернуться к Римо. Тогда, в своем сне, он так и не увидел руки, которая его убила. Он не увидел ее и наяву. Даже не заметил ее движения. Он успел только почувствовать, как на лбу у него выступили капли пота, подмышки вдруг стали липкими, а по внутренним сторонам бедер потекли обильные струйки.
Этот пот проступил сквозь ткань брюк, когда его уже мертвое тело упало на землю, взметнув облако цвета высохшей крови.
Глаза Римо встретились с глазами Чиуна, и старший отвесил поклон младшему. Римо с насмешливой учтивостью, поклонился в ответ.
– Порядок, Чиун, теперь пошли, – сказал он. – Мне нужно сделать еще кое-что.
Когда они медленно возвращались к белому «кадиллаку», оставив на земле три мертвых тела, Чиун спросил:
– Куда теперь?
– Теперь мне все стало ясно. Я собираюсь навестить парня, который натравил на нас этих головорезов.
– Кто это может быть? – спросил Чиун.
– Лестер Карпвелл Четвертый, – ответил Римо. – Человек, который стоит за всем этим.
Глава шестнадцатая
– А где Карпвелл, сладкая моя? – спросил Римо.
– У себя в кабинете, – ответила молодая, очень загорелая девица. – Но он распорядился не мешать ему. – Она осмотрела Римо с ног до головы, как бы сожалея, что вынуждена огорчить его.
– Превосходно. Он меня примет, – произнес Римо, устремившись мимо стола с девушкой к массивной деревянной двери с инкрустацией, ведущей в кабинет Карпвелла.
– Нет, нет, нельзя, – слабо запротестовала девица. – Сегодня к нему уже врывались двое. Нельзя.
– Спокойно, дорогая, или я разорву на мелкие куски твою книгу посетителей. Я – Римо Бломберг, хозяин универсального магазина.
Дверь была заперта. Это был замок того типа, в котором повороту дверной ручки препятствует небольшая шпилька, выскакивающая в закрытом положении. Но, как тут же убедился Римо, если ручку с силой повернуть, шпилька срезается, и дверь открывается.
Он распахнул дверь настежь. Карпвелл сидел, всей своей тяжестью навалившись на стол. Римо в три прыжка преодолел пятнадцать футов, отделявших его от стола.
У Карпвелла был очень нехороший вид. Он лежал, обхватив голову руками, на книге деловых записей. По рукам его тянулись струйки крови, сочившейся из ранок, проколотых на каждом пальце и на верхней стороне кистей. Такие же точечные ранки виднелись на ушах и щеках. Пытаясь нащупать пульс на шее у Карпвелла, Римо ощутил под пальцами липкую кровь. Пульс едва бился.
Секретарша стояла в дверях, прижав руку ко рту.
– Быстро врача! – приказал Римо. – Он ранен. Потом позвоните шерифу. И, ради Бога, закройте дверь.
Доктор, конечно, вряд ли поможет. Он приедет, когда будет уже поздно. И от шерифа пользы не больше, чем от улыбки крупье, когда проигрываешь. Но Римо хотел, чтобы дверь в кабинет была заперта. Ему нужно было побыть с умирающим наедине.
Он просунул руки под рубашку Карпвелла и начал массировать грудь в области сердца. Откинув его в кресле навзничь, Римо проговорил ему прямо в ухо:
– Карпвелл, я Римо, Римо Бломберг. Что случилось?
Глаза Карпвелла открылись, и Римо увидел, что зрачки тоже проколоты. Залитые кровью глаза смотрели прямо перед собой, ничего не видя. Через них скоро уйдет из него жизнь.
– Что случилось, Карпвелл? – повторил Римо.
– Римо, – медленно повторил умирающий, – они думали, что это я вызываю землетрясения. Хотели, чтобы я открыл им секрет.
– Кто это был? – спросил Римо.
– Мафиози. Его звали Муссо. С острым шилом.
Руки Римо продолжали массировать грудь Карпвелла, и теперь голос его стал немного тверже.
– Вы Римо? Римо Бломберг?
– Да. Это я.
– Мафия хочет выведать секрет землетрясений. Позвоните… свяжитесь с капитаном Уолтерсом из полиции штата. Расскажите ему. Нужно, чтобы он знал…
– Капитан Уолтерс?
– Да. Обязательно передайте. Важно… – Карпвелл задыхался, он с трудом сделал глубокий вздох.
– Карпвелл, мне нужно кое-что узнать. Мафиози пришли и ко мне. Это вы их послали?
– Нет, я ничего не знаю…
– Вам известно, кто вызывает землетрясения?
– Нет…
– Куда отправился этот Муссо?
– Куда отправился?.. Муссо?.. О… – Лицо Карпвелла исказилось, как будто он старался вспомнить нечто очень важное. – Думаю… к профессору Форбен… да… к доктору Куэйку. Они убьют его. – Он снова сглотнул, в горле его что-то булькнуло, и, будто захлебнувшись, он затих и повалился вперед.