— Что вы затеяли? — спросил президент.

У него не было настроения вести светскую беседу, хотя это была их первая встреча с тех пор, как русский лидер в стремлении произвести впечатление современного человека стал изучать английский.

Генсек пожал плечами, словно говоря: «Как хотите. Я просто хотел соблюсти приличия». Вслух он произнес:

— Буду краток. Как я уже дал вам понять в телефонном разговоре, мне известно все о КЮРЕ.

— Кюре? — переспросил президент, пытаясь не выказать своего волнения. — Какого еще кюре? Приходского священника?

— КЮРЕ — большими буквами. Я говорю о тайной американской организации, существование которой превращает в фикцию и фарс конституцию Соединенных Штатов.

Это конец, понял президент, но попытался сделать хорошую мину при плохой игре.

— Знать — еще не значит доказать, — язвительно бросил он.

— Совершенно верно, — согласился Генеральный секретарь и включил видеомагнитофон. — Но доказательства вы не сможете опровергнуть. Позвольте вас несколько поразвлечь. Запись сделана в Корейской Народно-Демократической Республике. — Видя недоумение на лице президента, он поспешил поправиться:

— В Северной Корее. А точнее говоря, в рыбацком поселке под названием Синанджу. Полагаю, вы о нем слышали.

Экран ожил. Президент узнал Мастера Синанджу. Недавно, когда возникла реальная угроза безопасности президента, Чиун лично охранял Овальный кабинет. Забыть его было невозможно.

Чиун говорил по-корейски, и президент поначалу испытал некоторое облегчение. Что бы ни говорилось на этой пленке, на американцев это не произведет должного впечатления, даже если телевидение передаст запись с субтитрами.

Но потом рядом с Чиуном на экране возник американец. Президент догадался, что это Римо — карающая рука КЮРЕ. Чиун обращался к толпе крестьян, а Римо вставлял какие-то замечания, иногда по-корейски, иногда по-английски. Потом Римо спросил у Чиуна, как по-корейски «конституция».

— Вот полная расшифровка текста.

Президент молча взял документ и пролистал несколько страниц. Да, тут все. Величайшая тайна Америки в руках советского руководителя!

— Нам все известно, — произнес Генсек. — Про Чиуна, Римо и Императора Смита.

— Не все, если вы называете его императором.

— Не волнуйтесь, мы знаем достаточно.

С этим президент не мог не согласиться. Он поднял полные боли глаза на собеседника.

— Чего вы хотите?

— Все очень просто. На протяжении десяти с лишним лет Америка владела секретным оружием для решения своих внутренних проблем.

— Это наше право, — ощетинился президент.

— Не стану спорить. Отсутствие легального статуса у вашей карающей длани — это проблема вашей политической реальности. У нас в России тоже существовало нечто подобное — КГБ, а до него — ЧК. Но нас беспокоит использование КЮРЕ в международных делах.

— Точнее?

— Точнее мы пока не знаем. У нас еще нет доказательств деятельности КЮРЕ на нашей территории. Однако с нашими зарубежными агентами происходили и происходят какие-то странные вещи: загадочные убийства или их исчезновение — у нас накопилось немало случаев, так и не получивших разумного объяснения. Сейчас мне не хотелось бы вас расспрашивать.

Большинство этих инцидентов произошло еще до меня, и они принадлежат истории.

— Чего вы хотите? — повторил президент свой вопрос.

— Прежде чем я изложу свои требования, позвольте обратить ваше внимание на то обстоятельство, что ваши агенты работают в стране, принадлежащей к нашей сфере влияния. Если верить этой пленке, вы неоднократно совершали высадку тайного десанта в Северной Корее. Коммунистической Корее.

— Не буду комментировать.

— Хорошо. Вы, конечно, отдаете себе полный отчет в том, какие политические последствия может иметь уже один этот факт, даже вне его связи с деятельностью КЮРЕ. Следовательно, вы должны понять, что я не прошу о чем-то особенном, а лишь о том, что принадлежит России по праву.

— Принадлежит?!

— Нам нужен Мастер Синанджу. Мы хотим, чтобы КЮРЕ навсегда прекратила свое существование. И нам нужен этот Римо.

— Чтобы творить на международной арене все, что вам заблагорассудится?

Но это шантаж!

— Нет. Мы просто хотим получить то преимущество, которым Америка тайно обладала на протяжении многих лет. Сейчас наступила очередь России.

— Шантаж!

— Как грубо! Я бы скорее назвал это паритетом.

— Римо — патриот. Он не станет на вас работать. И я не могу отдать его вам. В политическом отношении это было бы более опасным, нежели предание огласке этой записи.