Чиун смерил Смита бесстрастным взглядом.

— От Римо у меня секретов нет. Хотя обратного утверждать я не берусь.

— Очень хорошо, Мастер Синанджу. Но сначала позвольте вам напомнить о вашем контракте с Соединенными Штатами, в частности, о статье тридцать третьей, пункт один.

— Помню, как же, — сказал Чиун. — Достойный пункт. Может быть, чуточку устаревший, но для своего времени вполне удовлетворительный.

— Вишневый сад в цвету, — произнес Смит.

Это был закодированный сигнал к устранению Римо. Он был предусмотрен соглашением.

— Что-то я старею, и силы уже не те, — посетовал Чиун. — Мне кажется, я вас недостаточно хорошо понял.

— Я говорю, вишневый сад в цвету! — повторил Смит громче.

— А-а, — протянул Чиун. — Теперь понял. Вы хотите, чтобы я убил Римо — в соответствии с условиями контракта. Увы, я не могу этого сделать. Римо вот-вот станет правящим Мастером Синанджу...

— Может быть, — уточнил Римо. — Если мы договоримся о деталях.

— ...а ни один Мастер не вправе убивать другого, — закончил Чиун.

— Но он же еще не стал Мастером Синанджу! — не унимался Смит.

— Верно, — подтвердил Чиун, перебирая пальцами с длинными тонкими ногтями. — Но он согласился содержать мое селение. Это делает его одним из нас, а Мастер Синанджу не имеет права причинять вред своим односельчанам. Мне очень жаль, но того Римо, которого вы отдали мне в обучение, больше не существует. Вместо него есть Римо, который из порочного мясоеда превратился в подлинного носителя мудрости Синанджу. И этого Римо я не могу убить!

— Слышали? — самодовольно спросил Римо. — Что я вам говорил!

— Если есть еще кто-либо, кого я мог бы для вас убить, я охотно это сделаю, — добавил Чиун.

— Ясно, — вздохнул Смит. — Ну, хорошо. Я вынужден поставить вас в известность, что операция раскрыта русскими.

— Вот молодцы, — похвалил Чиун и снова уткнулся в свои записи.

— Организация прекращает свое существование. За молчание русским обещаны вы с Римо.

Чиун выдержал паузу и аккуратно вставил гусиное перо в чернильницу.

— Мастера Синанджу — не рабы, — серьезно произнес он, — чтобы их обменивать как какой-то товар.

— На закате селение займут Советы.

— Вы нас продали! — вскричал Римо. — Продали меня! И мое селение!

Чиун наконец заулыбался.

— У нас не было другого выхода, — невозмутимо пояснил Смит.

— Без боя мы не сдадимся! — предупредил Римо.

Чиун поднял руку.

— Подожди! — приказал он. — Император Смит, должен ли я понять вас так, что вы продали наш контракт русскому медведю?

— Если угодно — да.

— Контракт с Домом Смита, — начал торжественно Чиун, — обязывает меня повиноваться. Однако в данном случае для выполнения ваших условий требуется письменное распоряжение. Вы готовы его дать?

— Да, — ответил Смит.

— Чиун, что ты говоришь?! Мы не можем работать на русских!

— Да, — согласился Чиун. — Ты не можешь работать на русских. Ты останешься здесь и позаботишься о людях. А я должен буду поехать в Россию и исполнить свой последний контракт. Это мой долг.

— Не ты ли говорил, что со Смитом покончено?

— Так и есть, — мягко произнес Чиун. — Разве Император Смит не объявил об этом сам?

— Совершенно верно, — подтвердил Смит.

— А вы не встревайте! — огрызнулся Римо.

— Но контракт с Императором Смитом еще в силе. Я не могу уйти в мир иной, не выполнив своих обязательств до конца. Мои предки будут сторониться меня, когда я окажусь в Вечности.

— Ушам своим не верю! — воскликнул Римо.

Чиун царственным жестом хлопнул в ладоши.

— Я утомился. Оставьте меня оба. Когда явятся русские, соберемся на площади. Я уже стар и хочу провести остаток дней в покое в доме моих предков.

— Идем, Смитти! — прорычал Римо и потянул того к двери.

— Не надо плохо обо мне думать, Римо, — сказал Смит, очутившись на улице. — Такой конец можно было предвидеть уже тогда, когда мы пошли работать в КЮРЕ.

— Не забывайте, что я не шел работать в КЮРЕ. Меня заставили силой.

— Ах да, — смущенно пробормотал Смит.

— Тут и без вас было тошно, — посетовал Римо. — Ну что бы вам не дать ему умереть спокойно?